\

— А когда проверяли, ничего странного не замечали? — я продолжал докапываться, пытаясь вызнать подробности.

— Да вроде нет. И потом, как там проверять? Ветряки крутятся? — Крутятся. Ток идёт? — Идёт. Вот и вся проверка. В паре мест попытки поджога были, ну это от этих, которые считают, что магию от простолюдинов скрывают, а на самом деле они тоже ею могут пользоваться.

— А не могут? — вскользь спросил я.

— Пока прецедентов не было, — ответил брат, криво ухмыльнувшись. — Прикалываешься, что ли?

— Можно и так сказать. Просто мысли у меня нехорошие.

— Поделишься?

Я задумался. Мои выводы были сырыми и наивными, местами напоминали сказку. Но вдруг в них было хотя бы зерно истины? Я решился.

— Если ветер исчез не сам? Если кто-то научился выключать ветер? Чем это грозит роду Державиных?

— Истреблением, — побледнев, проговорил Николай.

— Даже так? А кто может быть заинтересован?

— Да кто угодно. Наш дед на хлебном месте сидит, никого не пускает. Но если ты говоришь про ветер, то полагаю, очевидно, кто его способен отключить.

— Маги воздуха?

— Сечёшь.

— И скольким таким мы в данный момент переходим дорогу?

— Ты думаешь, я всех знаю? — Николай нахмурился, закусив губу. — Не того полёта птица. Ветровы, Орловы, Дуловы — это из тех, кто в первую очередь в голову приходит. Но со всеми из них давным-давно нейтралитет установлен. С кем технологиями, с кем общим бизнесом, а с кем и браком.

— Понятно, — ответил я. — И на том спасибо, хотя бы ясно, откуда начинать копать."

"— Ты думаешь, стали бы они заморачиваться такой мелочью, как ветряки? — поинтересовался брат, приподнимаясь на подушках.

— Пока не знаю. Но третьего дня самолёт упал, где наш дядя должен был лететь. А до этого меня пытались убить.

— Вот те раз, — ошарашено сказал Николай. — Я как-то не складывал это всё в одну корзину.

— Надо быть начеку, — подвёл я итог разговора. — Так что выздоравливай и вставай в строй.

— Служу империи, — в шутку ответил брат и лениво козырнул.

* * *Олег Чернышёв прошёл на своё место за столом, привычно задев столик с закусками и наступив домашнему псу на лапу. Тот лениво взвизгнул, но лапу не убрал, зная, что обратно юноша пойдёт не раньше, чем через полчаса.

— Как твой первый день? — спросила мама.

Она сохранила максимум природной красоты, несмотря на многочисленное потомство. Пленяла взгляд движениями тела и практически не пользовалась косметикой. И ещё была невероятно мягка и нежна к своему младшему сыну.

«Ведьма», — говорили за её спиной и, вполне возможно, были правы.

— Да ничего, — Олег смотрел на то, как мама накладывает ему болоньезе, а затем аккуратно взял вилку, пытаясь ничего не повредить, но тут же влез рукавом в соус. — Одноклассников своих встретил.