\

Тогда я не нашёл ничего лучше, чем натравить на своих врагов всех акул в радиусе десяти километров.

И я бы остался наблюдать, что из этого выйдет, если бы не услышал истошные крики Виктории:

— Сергей! Ты где? Что происходит?

— Да здесь я. Искупаться решил, — прокричал я в ответ.

— Какой искупаться! Совсем сбрендил? Вылезай давай!

С помощью той же воды я подтолкнул своё тело к пирсу, где стояли девушки. Поднял своё тело вместе с небольшой волной и опустил на деревянный настил. Ощутил опору под ногами и опустил воду.

— На тебя напали? — продолжила расспрашивать Вика. — Что с лицом?

— Да. Черепахов. Всё в порядке.

— И где он?

— В море плавают, — насмешливо ответил я.

— Серьёзно? Ты оставил их в живых?

— Так было проще, — я пожал плечами. — Но, возможно, их навестят акулы.

А сестра ударила себя ладонью по лбу.

— Они же снова нападут.

— Да, они бы напали, даже если бы я их убил. Правда, другим составом. А так, считай, я отсрочил клановую войну. А это для нашей семьи сейчас главное. Ты это понимаешь?"

"Я рассуждал логически на основе тех знаний, что успел получить в этом мире. Пролистал свод законов для аристократии и сделал свои выводы. Ведь там были прописаны причины, из-за которых род мог объявить войну другому роду. И одной из них была кровная месть.

— Да, — стушевалась Вика. — Ты прав, прости. Чем быстрее ты их перебьёшь, тем скорее Черепаховы отправят в Москву запрос на клановую войну. А мы к такому пока не готовы.

Сестра попыталась осмотреть рану. Но рядом оказалась Юля, которая уже доставала из сумочки какую-то волшебную мазь зелёного цвета.

— Да не брыкайся! Надо нормально намазать, иначе шрам останется, — приговаривала Юля, нанося мазь на мои ожоги.

Она сильно преувеличивала. Я морщил лицо, но и не думал брыкаться. Благо, что кроме лица и рук, ничего не пострадало, и экзекуция быстро закончилась.

— Шрамы красят мужчин, — усмехнулся я, силясь отвлечься от жгучей боли. — Ты, кстати, не знаешь, что произошло у меня с его братом?

— Не знаю, свидетелей нашли уже мёртвыми.

Сестра осмотрелась, высматривая врагов, ну или то, что от них осталось.

— О! Наш корабль швартуется, — сказала Юля. — А где моя шляпка?

— Она осталась в море, — вспомнил я. — Куплю тебе новую.

Девушка фыркнула и пошла к кораблю.

— Новая будет лучше прежней, — крикнул я ей вслед, совсем не понимая, почему она переживает за шляпку больше, чем за меня.

Или мне только так кажется? Кто поймёт этих женщин?

— Пойдёмте на корабль, — огласил я.

Мы дождались, пока с парохода спустили трап и одними из первых взобрались на борт. Капитан лично встречал пассажиров и собирал плату.

— А я видел вас, молодой человек, — сказал седобородый мужчина, принимая от меня купюры.