\

Ураган не был расположен ко мне. Им двигала чужая воля, желавшая мне лишь одного — смерти. Я чётко уловил это в хлеставших меня струях тайфуна.

Причём, он был не один. Если бы циклон оставался тем же, что стёр с лица земли север Японии, дед с Громовым справились бы с ним. Не легко и просто, конечно, но и без того опустошения, что я чувствовал в них сейчас. По бокам основного прилепились ещё два ураганчика, которые направляли движение первого.

«Архос, а что если я сейчас поставлю одну-единственную линзу, но на уменьшение тайфуна? Я чувствую движущие его силы».

«Ты решил оставить эту бренную землю, даже не составив завещания? — мрачно поинтересовался Архос. — Ах, да! У тебя же завещать нечего. И некому. И не будет, если сунешься туда со своей недоединичкой. Ты разве не понимаешь, что тебя просто размажет ровным слоем по Охотскому морю?»

«Но ведь линза…»

«Баржа! Тебя сейчас должна беспокоить баржа! Твой дед и дед твоей однокурсницы! Обо всём остальном пока забудь!»

Не прав Архос был лишь в одном. Сейчас у меня была вполне себе твёрдая единица. Возможно, даже с одной десятой.

Волна, несущая баржу, подошла уже совсем близко к берегу. И чем ближе она накатывалась, тем выше становилась. Грозя. Подавляя. Насмехаясь.

Я поставил линзу в самое сердце магической составляющей этой волны. Причём сделал это ровно напротив двух обессиленных фигурок, стоящих на коленях и державшихся друг за друга, чтобы не упасть.

Эффект оказался потрясающим. Метров сто волны тут же уменьшились в разы. Пятидесятиметровый гребень враз оказался тридцатиметровым… пятнадцатиметровым… Наконец, пятиметровым.

Казалось, что гигант, несущийся на меня со смертельным оружием наперевес, вдруг споткнулся и растянулся по земле, теряя при этом части собственного тела.

Вот только оружие его продолжало двигаться по инерции.

Пятиметровая волна уже не могла удерживать многосоттонную баржу, поэтому выпустила её из своих ослабевших пальцев. С протяжным стоном судно ударилось о дно. Камни разодрали корабельную обшивку, сам корпус треснул пополам, но с упрямым упорством эта груда металла продолжала надвигаться на двух магов, что оставались на берегу.

Волны уже не было. Те части её, что остались по бокам от моей линзы, выплеснулись на берег или прошли дальше. А той, что надвигалась по центру, уже не было.

Баржа кувыркнулась ещё раз. И ещё раз. Корма её отвалилась и остановилась в нескольких десятках метров от берега. А вот носовая часть продолжала крутиться. Наконец, она застыла, опираясь на правый борт, и нависла над полубесчувственными Державиным и Громовым.

Утверждать не могу, но мне показалось, была чья-то злая воля в том, что этот кусок металлолома всё-таки потерял устойчивость и рухнул сверху на магов."

"Всё было кончено.