Держи врага ближе

Значит, это ты тот самый благодетель из ложи, что поставил на мою победу десять золотых монет?

Успели не только побить, но и о причинно-следственных связях поведать? Какие, однако, болтливые грабители!

- А-ага… - отвечаю, делая голос ниже.

Неужели так молодо выгляжу, что даже семнадцатилетний главный герой зовет меня мальчишкой?! Уж чья бы корова мычала!

Эштон цокает языком, не поднимается, и в целом, чувствует себя в моем присутствии довольно комфортно, что говорит о том, что никакой угрозы или опасности он не ощущает либо же, что ему уже плевать, что с ним сделает незнакомец в подворотне трущобного квартала.

Склоняюсь я больше к последнему варианту.

- Настолько веришь в собственную удачу или… - Эйдж резко замолкает. - Почему ты так смотришь на меня?

В его глазах теперь не бесстрастное равнодушие, а негодующее любопытство, в голосе неприкрытое возмущение.

Я подхожу еще ближе и опускаюсь на корточки рядом. Мне на самом деле интересно, что такого ему не нравится в моем взгляде.

Эйдж возвращает свою челку обратно на глаза.

Мне кажется, или он смущен таким вот напором от своего сверстника.

Знаю, он хочет казаться старше и, после непривлекательной сцены, невольным свидетелем которой я стала, чувствует себя не по себе, но взрослее и мудрее здесь на самом деле как раз именно я. И следует это помнить.

- Мне не нужна ничья жалость.

Словно обиженный ребенок. Еще минуту назад казался отчаявшимся и уставшим от жизни мужчиной, а теперь – типичный подросток. Впрочем, так и должно быть.

- Прости. Видимо, ты не так понял. Все потеряно, кроме чести, да? Хе-хе, с какой стати мне тебя жалеть? Я благодарен. Неплохая вышла сумма, из-за того, как ты отметелил Дикаря.

Сможешь подняться?

Напускаю бравады, встаю и протягиваю руку. Сама как никто другой знаю, как претит чужое сочувствие в такие мгновения, когда все кажется безнадежным. Особенно сочувствие посторонних.

Как и думала, Эйдж игнорирует руку помощи и встает, опираясь на фонарный столб самостоятельно. Что ж, состояние его получше, чем мне казалось. А может, он прячет боль изо всех сил не желая выглядеть слабым. Хотя, вряд ли Эйджа волнует мнение о нем какого-то случайного паренька.

Мне кажется, я никогда раньше не слышала от него столько слов.

С Вивиан он едва ли говорил и точно не пререкался. Полезно иногда походить под чужой личиной. Страшно представить реакцию моего соперника, будь сейчас перед ним «настоящая» я.

Эйдж тихонько охает, когда пытается сделать первые шаги, оторвавшись от опоры в виде погасшего уличного фонаря.

Как он до дома дойдет, когда еле стоит?

В этом моя вина. Если бы я не сделала такую большую на него ставку, вряд ли Эштону бы так серьезно перепало от охраны Арены.