ГКР-8: Грань Забытых Земель

Обозлившись, я запалил факел, прихватил оставленную алхимиком стеклянную посудину, добавил к этому дрянную тряпичную сумку и пустился в обход холма, изредка покидая обложенную валунами безопасную вершину, чтобы подхватить с земли что-то или кого-то. Неизвестные светящиеся ягоды, жирные слизняки вместе с склизкими грибами, трехуровневые многоножки, различные улитки, юркие ящерки, стремительные мышки-полевки и здоровенные десятиуровневые жуки в багровых хитиновых доспехах. Я собирал, убивал и снова собирал, делая все с несвойственным мне чуть ли не фанатичным усердием.

Я с яростью сражался с жуками, бился со слизняками, отмахивался от слепящих облаков грибных спор, тыкал факелом в наглые зубастые рожи жутких луговых пауков и продолжал собирать все, что попадалось под мою жадную неразборчивую руку. Кода я вернулся к вновь угасающему костру, банка и сумка были до краев полны самым тошнотворным содержимым, но с удовольствием запустил в это месиво пальцы, вылавливая и швыряя на шипящие камни кусочки бледного и черного мяса, брызгающие брюшки насекомых, разваливающиеся лапы пауков, подавленные ягоды и грибное крошево. Вонь поднялась несусветная – Затти заметалась во сне, корча страшные рожи и так продолжалось до тех пор, пока вдруг не подул ровный и довольно сильный холодный ветер, погнавший запахи прочь.

Отвратные запахи меня не смущали от слова совсем. Мне приходилось бывать во многих страшных местах Вальдиры и нюхать всякое. Я, пожалуй, по сию пору слишком уж хорошо помню многие из этих «ароматов»: жуткую вонь пищи коротышек гихлов; исходящее из живых гнилых пней пожирателей наложенное туда великанами перебродившее кушанье из голов и потрохов врагов… Вальдира удивляет по-всякому…

- Как вовремя подул ветерок – заметил я, плоской щепкой переворачивая дохлого жука и укладывая рядом сочный бурый стебель – А то бедная Затти едва не задохнулась.

- Готовка твоя вонюча зело – одобрительно ответил мрак позади меня.

Я не шелохнулся – и так знал, что за мной пристально наблюдает давно уже скучающий повелитель здешних земель, а когда свежий ветер подул от спящей девушки к костру, успокоив ее сон, я понял, что наблюдатель в буквальном смысле где-то очень и очень рядом. Возможно, сидит прямо за спиной или витает над макушкой…

Мимо неслышно скользнула вроде как неспешная, но на самом деле очень быстрая зыбкая тень и опустилась на камень по ту сторону костра.

Теперь нас разделяло танцующее пламя – меня и неизвестного, закутанного в бурый плащ со скрывающим лик капюшоном.

- Не спится, дядюшка Акмэр? – поинтересовался я, сбрасывая на лист пожаренных жуков и улиток.

Шкала прогресса увеличилась на целый процент, и я обрадованно хмыкнул – не зря ползал по траве и сражался со слизняками.