Японская война 1904. Книга вторая

Молодой человек нервно рассмеялся, а потом решительно пошагал к выходу из китайского городка. Запах жженного в горнах угля напоминал ему духоту в самых грязных промышленных районах Санкт-Петербурга, и задерживаться тут Глеб совершенно не собирался.

Прошла еще неделя, а я сижу, считаю ближайшие важные даты этой войны.

Море, суша — тут ведь все связано в единую систему. В середине июля Ноги наберет достаточно сил и выбьет наши полки с Волчьих гор, подходя вплотную к Порт-Артуру. Первый обстрел, когда часть снарядов, пусть и не прицельно, долетит до гавани, и контр-адмирал Витгефт попробует прорваться во Владивосток.

Ждал ли этого прорыва Тогу — очевидно ждал. Встречный бой, и наши, значительно уступая в броненосцах и мощи залпа, отойдут обратно в гавань, надеясь то ли на успехи сухопутной армии, которая прикроет им тыл, то ли на подкрепление из метрополии. И вот после этого, когда хоть где-то кровь из носу будет нужна победа, случится Ляоян. Первое сражение главных армий, когда наши стоят на хороших оборонительных позициях при общем равенстве сил — казалось бы, тут нельзя проиграть, но мы сможем.

При этом я оказался на месте будущего левого фланга за целых полтора месяца до того самого дня… Хотя какой день! Ляоян — это одно из сражений именно двадцатого века. Линия фронта в десятки километров, перемещения огромных масс войск и бой, который длился несколько дней. Еще не Мукден, который растянется на недели, но очень близко.

— Вячеслав Григорьевич, зачем вы нас собрали? — спросил Хорунженков, за которым стояли и остальные мои офицеры.

— У нас есть задача, — начал я. — Генерал Бильдерлинг давал нам немного времени прийти в себя, но оно вышло.

Скоро ему предстоит нанести удар по подходящему к нам со стороны Кореи Куроки, и мы станем теми, кто подготовит этот удар.

— Сами участвовать не будем? — тут же спросил Шереметев.

— Генерал Куропаткин предупредил, что наша задача — обеспечить тыл выдвигающейся вперед группировке Бильдерлинга.

— То есть наш рейд — это подготовка той самой поддержки, — улыбнулся Врангель, он первым разобрался, как именно мы будем трактовать выданный нам приказ. И да, сейчас такое время, когда мы каждый день словно в суде. Есть приказы — законы, но как именно их читать каждый командир решает в меру своей образованности.

И испорченности.

— Куда именно будем двигаться? — Хорунженкова интересовали более приземленные вещи. — Я ведь правильно понимаю, что основной ударной силой будет именно мой батальон?

— Основной — да, но на этот раз мы будем усиливать вас другими подразделениями, чтобы дать каждому вспомнить запах пороха. А еще нужно будет проверить в деле все те новинки, что мы с вами создавали и обкатывали в последнее время.