Каждый час ранит, последний убивает

– С днем рождения, крошка…

Я так удивлена, что не могу подобрать слов.

Я открываю коробочку, в ней лежит пара сережек.

– Изри, они такие чудесные…

– Это ты чудесная, принцесса моя!

Он прижимает меня к себе, и я закрываю глаза:

– Мне страшно, когда тебя нет…

– Я боюсь, что ты не вернешься.

Тама сидит на бортике ванны.

У нее в руках – рубашка Изри. Рубашка, которую он надевал накануне и которую оставил на полу в ванной, когда рано утром вернулся домой.

На белом воротнике – следы красной губной помады.

Тама тихонько плачет. Изри еще спит в соседней комнате.

Тама бросает рубашку и закрывает лицо руками.

Она раскачивается, как сломанный метроном. Она хотела бы подавить это страдание, этот гнев. Хотела бы простить его. Но пока что над ней властвуют страх и ярость. Изри «трахает» другую женщину, и представлять это Таме слишком больно.

Тогда наконец открывается дверь и в одних трусах появляется заспанный Изри.

Она не отвечает, просто смотрит на валяющуюся под ногами рубашку.

Он умывается и поднимает голову. В зеркале встречается со взглядом Тамы. Полным грусти и злобы. Этот взгляд ему незнаком.

Она не двигается, продолжая смотреть на него со злостью.

– Выкладывай, Тама, давай…

– Хорошо ночью развлекся? – спрашивает она дрожащим голосом.

– Я с друзьями был. А что?

Она подбирает рубашку и сует ему под нос.

– Твои «друзья» губной помадой пользуются?

Изри напрягается. Он бросает на Таму раздраженный взгляд и выходит из ванной. Тама идет за ним с уликой в руках. В кухне Изри начинает варить себе кофе.

– Так что, твои друзья помадой пользуются?

Изри вздыхает. У него в черепной коробке бренчит целый оркестр – этой ночью он слишком разошелся.

Алкоголь, кокаин, секс.

– Ты с ней переспал?

Изри пьет кофе и разглядывает Таму. Он не опускает глаза. Тама знает, что вступила на запретную территорию. Она чувствует, что ей лучше замолчать. Но она хочет, чтобы он признался, извинился.

– Ты с ней переспал?

– Ага, – наконец говорит он.

Слезы снова наполняют глаза, Тама яростно их вытирает. Потом бросает рубашку Изри в лицо.

– Ты просто сволочь! – кричит она.

После того как Тама стала жить с Изри, ее словарный запас значительно обогатился. Молодой человек секунду стоит, как оглушенный, и затем кидается к ней и хватает за плечи:

– Ты как со мной разговариваешь, а?

– Ты не имеешь права! – орет Тама.

– Еще как имею! Заруби это себе на носу, ясно?

Она резко его отталкивает и отступает на шаг. Он сильнее ее, гораздо сильнее. Ей надо помнить, на что он способен.

– Сукин сын! – бросает она.

И получает удар в лицо. Тама падает назад, бьется об стену. Она вытирает текущую из носа кровь и продолжает вызывающе на него смотреть. К побоям она привыкла. Но никогда не думала, что Изри может ее ударить.