Куколка последней надежды

Животный страх прорвал какую-то плотину, вдребезги разбил какую-то тайную дверь и заставил… Маша совершенно не контролировала себя в этот момент. Оглушенная, перепуганная, она впала в какое-то забытье, но мощная волна, поднявшаяся из скрытых глубин ее организма, вырвалась наружу.

Чужая, незнакомая, но в то же время какая-то близкая волна. Она не отбросила в сторону насильника, не ударила в его грудь ослепительной молнией, не придала девушке сил и навыков рукопашного боя. Маша даже не поняла, что с ней произошло. Это был не крик, скорее, какой-то горловой клокот… Или всплеск.

Это была мольба о помощи. Услышать которую мог далеко не каждый.

Гена стянул с девушки трусики и сильно сдавил упругие ягодицы.

Молодой человек резко обернулся: у входа в беседку стоял коренастый крепыш в темных брюках и темной же, расстегнутой до живота рубашке. Лицо незнакомца оставалось в тени, и сумрачный лунный свет лишь серебрил короткие волосы.

«Старик? По комплекции не скажешь».

— Потерял чего? — раздраженно поинтересовался Гена.

— Зашел посмотреть, — спокойно ответил коренастый.

— Здесь не кинотеатр.

— Да, — согласился незнакомец. — Порнографию в кинотеатре не увидишь. — И тут же перешел на деловой тон: — Мне кажется, девушке не нравится то, что ты собираешься с ней делать.

— Если кажется — перекрестись и отваливай. — К чести Гены надо отметить, что самообладания он не потерял. — Мы с подружкой любим заниматься сексом в разных местах. Вот и здесь приспичило. Не мешай, мужик.

— Я хочу, чтобы она подтвердила.

— Не слишком ли много ты хочешь?

— Разве трудно попросить девушку сказать, что с ней все в порядке?

— А мне не нравится, что ты пялишься на ее задницу.

— А тебе придется потерпеть.

Маша вдруг почувствовала громадное, ни с чем не сравнимое облегчение. Стиснувший ее страх исчез, и она поняла, что спаситель не испугается и не убежит. Что он не поверил ни единому слову Гены и не успокоится, пока не разберется в ситуации до конца.

«Господи, кажется, мне повезло!»

Маша сделала попытку подняться со стола, но рука молодого человека грубо вернула ее обратно.

— Отпусти девчонку, пацан, — негромко попросил коренастый. — Ты же видишь — не получилось, зачем продолжать? Отпустишь — я тебя пальцем не трону, обещаю. С миром уйдешь, проспишься, завтра самому стыдно будет.

Трудно сказать, что именно подтолкнуло Гену выбрать именно такой вариант развития событий. Возможно — алкоголь, возможно — неудовлетворенность, сочетание этих причин, неуемная гордыня, ущемленное самолюбие… Гена был молод и силен, агрессивен и зол, он уже понял, что трахнуть Машу не удастся, но решил, по крайней мере, отомстить виновнику.