Медаль для разведчика. «За отвагу»

Командование, как и лейтенант-технарь, наверняка знало предполагаемый район дислокации локатора.

То, что станция появилась, как-то узнали. Скорее по сведениям от партизан или агентурной разведки. Как понял Игорь, уничтожение станции – задача второстепенная.

Долго ли государству сделать на заводе другую? Для нас, РККА, важно было добыть документацию. Зная частоты и волны, можно найти противодействие. А еще важно уничтожить персонал. Технического специалиста выучить долго и сложно, иной раз многие месяцы, а то и годы нужны. Например, в Японии летчиков готовили минимум три года, и пилоты считались лучшими, на равных противостояли американцам.

Вот только резервов времени у Германии почти не было, до конца войны оставалось меньше года. Но об этом во всей действующей армии знал только Игорь.

Бойцы получили боеприпасы, каждый старался взять побольше. На себе не тащить, если с парашютом сбросят. Без продовольствия несколько дней выжить можно, а без патронов и гранат нельзя. Из провизии брали мясные консервы и сухари, причем в вощеной бумаге. Случись дождь или форсирование ручья, такая упаковка не даст размокнуть.

Форму на немецкую, как и сапоги, не меняли. Передвижение такой группы скрыть трудно. Как ни старайся след в след, двадцать мужиков и с грузом тропу пробьют.

Объявили сбор и посадку на грузовики, привезли на полевой аэродром. Группу поджидали два транспортника Ли-2, бывшие лицензионные «Дугласы». Группу разделили, десять человек во главе с лейтенантом Карташовым в один самолет, второй десяток с лейтенантом-технарем в другой самолет.

Как только стемнело, транспортники взлетели с небольшим промежутком. Парни сидят на скамейках с сосредоточенными, даже отрешенными лицами.

Волнуются, но пытаются скрыть. Как пройдет прыжок, раскроется ли парашют, ведь запасного не было, вместо него объемный сидор. Будет ли ветер, не раскидает ли группу. А еще – не промахнется ли с местом дислокации штурман.

Слишком много важных деталей, от которых зависит успех выполнения задания и сама жизнь, но разведчики повлиять на них не могут.

Полет длился сорок минут, потом транспортник круто развернулся, бортмеханик подошел к дверце и, как только замигала лампочка на переборке кабины пилотов, закричал:

– Первый пошел! Быстрее, быстрее!

Кто мешкал, того пинком отправлял за борт.

Парашют раскрылся сам, от привязного тросика. Хлопок, и Игорь повис на стропах.

Покрутил головой, обнаружил десять парашютов, он одиннадцатый. Стало быть, самолет покинули все. Самолет уже не виден, только слабый звук двигателей доносится. Игорь вниз посмотрел. Земли не видно, темнота. Где земля, как далеко? Из темноты появилось дерево, Игорь инстинктивно руки вскинул, лицо прикрыл. По рукам хлестанули ветки, удары по ноге, запахло хвоей.