Моя мачеха – иномирянка (СИ)

– Да почему ты так уверен? – в отчаянии воскликнула я.

– Потому что я люблю тебя, – было ответом.

Новость ошеломила меня.

Не знаю, что подумал Кендан, когда я, ничего не сказав, молча развернулась и быстро направилась к дому. Я жалела о каждом слове, но ничего нельзя было вернуть назад. Зачем я поцеловала Кендана? Почему позволила себе сблизиться с мужчиной из другого мира? Чужого мира! Здесь ненавидят ведьм. Убивают…

У меня уже не осталось сомнений, что я такая же, как первая Констанция. Да, я не собиралась причинять вред ни девочке, ни её отцу, но кто об этом спросит? Тартан и его кузины ждут от меня решительных действий, Кендан и мысли не допускает о том, что я ведьма. А причина…

О ней лучше не думать.

Она слишком привлекательна. Так и хочется поверить. Кендану и его чувствам. Вот только что произойдёт, когда правда всё же откроется?

Нет-нет! Нельзя этого допускать. У меня сердце разорвётся, если Кендан однажды посмотрит на меня так же, как Рэнд в тот день. Кто угодно, только не он!

Поэтому, пока всё не зашло слишком далеко, нужно исчезнуть.

Но сначала долечить девочку. Убедиться, что Амелота может самостоятельно ходить. А ещё обезвредить Тартана и его сестричек. Как? Вот этим и стоит заняться в первую очередь! Это займёт всё моё время, а заодно отвлечёт от Кендана и нашей усиливающейся связи.

Распахнув дверь, я вздрогнула при виде неподвижного Рэнда, который стоял у порога. Воин явно поджидал нас. Глянув поверх моей головы, он вытянулся в струнку и доложил:

– Я выполнил приказы.

Машинально отметив, что слово «приказ» произнесено во множественном числе, а значит, воин возвращался в замок не только за платьем для девочки, я требовательно раскрыла ладонь.

– Где же чистая одежда Амелоты?

Воин глянул на меня с усмешкой и кивнул на небольшой, но явно увесистый сундучок.

– Здесь, сейра. Куда прикажете отнести?

– Наверх, – уронив руки, сдалась я. Видимо, не удастся отделаться от моей неприятной тени. – Я разбужу кого-нибудь, кто проводит вас.

– Не трудитесь, – раздался знакомый голос, и я обернулась. К нам приближался Вернен, а за ним семенила та самая селянка, которую он увёл ночью. – Лайса покажет, где уложили юную сейру. Здесь просыпаются рано, сейра Стенси. Эти люди привыкли подниматься с рассветом.

– Но он ещё не наступил, – глянув в окно, возразила я.

– Сегодня особенный день, – присев, пролепетала Лайса. Опустив голову, она сминала дрожащими пальцами платье. – День даров Всемогущему Кразю. Уверена, многие в деревне и глаз не сомкнули.

Я невольно поёжилась. Значит, нас с Кенданом могли видеть? А я наивно полагала, что романтическое свидание под звёздами останется лишь в моём сердце. Но показывать смущение не желала, поэтому приподняла подбородок и строго приказала:

– Тогда зови женщин.