Моя мачеха – иномирянка (СИ)

И если придётся стать такой же чудной, как моя бабушка, я сделаю это! Лишь бы исполнить приказ Кендана и вернуться домой, в знакомое окружение и понятный мир без магии.

Разогрев спину девочки, я перешла к ногам. Амелота, как и прежде, не ощущала их, но под моими пальцами чувствовались чуть более крепкие мышцы. Прогулки и лёгкая лечебная физкультура давали свои результаты. И они доказывали, что болезнь не так уж неизлечима. Это вдохновляло и дарило надежду на победу.

Подготовив ребёнка к массажу кулоном, я взяла его в ладони и, согрев теплом тела, опустила на шею девочки.

– Ай! – вскрикнула она.

Я отдёрнула руку и поторопилась узнать, в чём дело.

– Прости, – виновато покосилась она на меня. – Я закричала от неожиданности. Камушек сегодня непривычно горячий. Но это скорее приятно, чем нет. Прошу, продолжай.

Я растерянно покрутила кулон в пальцах, не ощущая того, о чём говорила девочка. Камень был совершенно обычным, разве что казалось, что прожилки сегодня горят чуть ярче. Пожав плечами, списала всё на психосоматику, ведь у девочки был очень яркий и насыщенный необычными эмоциями день.

Погладив спину ребёнка ладонью, снова прислонила камень в районе седьмого шейного позвонка и легонько подвигала его вправо-влево. Амелота глубоко задышала и прикрыла глаза, а я вдруг ощутила, как по венам снова потекла огненная лава, как после поцелуя Кендана. В груди запульсировало пламя, а рука начала двигаться сама собой.

Я заворожённо следила, как сверкающий золотыми полосками камушек легко скользит по нежной коже ребёнка и, обрисовывая каждую жемчужину позвонка, опускается к копчику. А потом и ниже, поглаживая бёдра, подколенные чашечки и…

– Стенси, – хрипло отозвалась девочка. – Я…

Она осеклась и шумно вдохнула, будто собираясь с силами. В дрожащем голосе Амелоты мне послышалось сдавленное рыдание.

– Кажется, я что-то чувствую!

От слов ребёнка меня бросило в дрожь.

Я попыталась успокоиться и мыслить здраво. Подобные импульсы не раз бывали и у моих подопечных. Девочки так хотели быстрее поправиться, что им казалось: вот оно, случилось! Человек склонен обманываться, если чего-то очень сильно желает. С детьми это происходило чаще, чем с взрослыми. Они любили играть в себя здоровых.

– Стенси? – оглянулась на меня взволнованная девочка. – Почему ты молчишь?

Я посмотрела на свою дрожащую руку, которую всё ещё держала над копчиком девочки. Пальцы сжимали камень так, что побелели костяшки. Попыталась расслабиться и, улыбнувшись Амелоте, спокойно проговорила:

– Думаю о всяком… Расскажи мне подробнее, что именно ты ощутила и где?

Помогая себе руками, она перевернулась и провела указательным пальцем по коленной чашечке.