Никто, кроме нас!

А потом – какие-то люди в полувоенном, с нашивками на рукавах – большие черно-желто-белые угольники… Молодой парень в ярком берете, его слова: «Товарищ генерал, просим принять команду… Воронеж… опорный пункт… надежда остановить…»

Ромашов тряхнул головой.

Противник… Генерал-лейтенант придвинул разрозненную груду рапортов, написанных от руки. Странно, повторяется ситуация Великой Отечественной. Линия обороны на левобережье по Острогожской, Краснознаменной, Кольцовской улицам, Московскому проспекту – до Семилук, где польские части сумели три дня назад прижать защитников к водохранилищу. А правобережье все еще полностью в руках защитников – враги застряли вдоль болот по берегам Усманки и в город не вошли; выброшенный восемь дней назад в район ВоГРЭСовского моста десант венгерских парашютистов наконец-то добит в Кировском Доме культуры, где эти сволочи, надо сказать, очень храбро держали оборону все прошедшие дни… Ликвидацией занимались донцы, 4-я интернациональная рота и 7-я дружина народного ополчения. Пленных, почти как всегда, нет. Были, конечно, были. Но…

Генерал-лейтенант выругался и покачал головой. Даже допросить некого! Он сердито задвигал бумагами.

Северный мост взорван. Натовская авиация его берегла-берегла, а теперь мы же сами и взорвали – слишком близко поляки. Командир Дроздовского полка пишет: в ЦПКиО – пять стычек с разведпатрулями прибалтийской бригады. Это у него в стычках столько убитых – больше полусотни? Романов представил себе замкнутого, лощеного и отчаянно храброго полковника Кологривова. Его бойцы на полковника чуть ли не молились. «В прошлой жизни» полковник был директором лицея. Но что делать, если профессиональные военные не смогли защитить страну – а он смог хотя бы собрать свой полк на пустом месте, вооружить, повести в бой и если не победить, то хоть не проиграть? Нет, разнос устраивать не будем…

Но какая солянка! Где они, эти американцы, с которыми мы воюем? Мы воюем с американцами, снова повторил про себя Ромашов и усмехнулся. Хрена… Прибалты, румыны, венгры, поляки, молдаване, хорваты, грузины, азербайджанцы, турки, украинцы (вот ужас-то где!!!). «Частные армии» из разных «агентств» со всего света. А американцы – в кабинах самолетов и вертушек, где-то в тылах у орудий, в штабах… Он и не видел ни одного, кроме тех, из делегации, десять дней назад предлагавших ему сдать город «во избежание дальнейшего бессмысленного кровопролития».

Если бы недавно кто-то сказал ему: будешь, генерал, командовать такой «армией» – он бы расхохотался.

На окраине Подгорного – двое поляков, капрал и поручик. Сразу попросились в строй. В районе Новой Усмани, на дороге М4 – аж семнадцать украинцев-десантников, в том числе – три офицера. Сразу попросились в строй.