Обещай мне

Шелковистое ощущение пряди, зажатой между большим и указательным пальцем, было удивительно знакомым. Оно было ключом, отомкнувшим двери памяти, и чувственные воспоминания хлынули потоком.

Воспоминания о пылких ночах любви… как часто потом Корт задавался вопросом, не обидел ли чем-нибудь Филиппу в те короткие месяцы их брака. Часамилежал без сна, перебирая в памяти все, что случилось, день за днем, ночь за ночью, воскрешая заново каждое слово и каждое прикосновение. Господи, она была так невинна в свои восемнадцать, что всерьез полагала, будто смысл брака в том, чтобы просто спать в одной постели!

…Первые недели ухаживания имели ту неприятную особенность, что невозможно было даже перемолвиться словечком наедине с Филиппой – тут же из-за ближайшего угла выскакивала либо мисс Бланш, либо мисс Беатриса. Помимо этого, за Кортом табуном следовали все ее воспитанницы. И все же он держался безупречно и даже однажды взял всю щебечущую стайку посмотреть лондонскую Пиккадилли. За Пиккадилли последовали экскурсии в Тауэр и музей восковых фигур мадам Тюссо. Кончилось тем, что в клубе «Уайт» ему приклеили прозвище «наш султан». Увидев Корта, приятели ехидно ухмылялись и наперебой спрашивали, куда он повезет свой несовершеннолетний гарем в следующий раз.

В то время он даже не подозревал, как наивна Филиппа. Однажды вечером вместе с виконтом и виконтессой Рокингем они возвращались из Ковент-гарден. В экипаже было темно, и Корт тихо обнял Филиппу за талию и привлек к себе. Она не только не воспротивилась, но тотчас прильнула к нему, как ласковый котенок.

– Мне ужасно неловко, – прошептала она, украдкой зевая в кулачок, – но я страшно устала. Глаза так и закрываются!

– Положи голову мне на плечо и спи, – предложил он. – До Челси путь не близок. Когда доберемся, я тебя сразу разбужу.

Филиппа выпрямилась, словно подброшенная пружиной, и отпрянула от него. В полумраке Корт поймал ее взгляд, брошенный на Белль и Тоби, сладко дремлющих на сиденье напротив. У нее был такой вид, словно он только что предложил ей раздеться догола.

– Я совсем не хочу спать! – пролепетала она с видом глубочайшего смущения.

Он как будто понял, что было причиной ее смятения, и улыбнулся.

– Дорогая, я и не думал намекать, что тебе скучно в моем присутствии.

В другой раз они ездили смотреть фейерверк в садах Во.

– Здесь слишком тесно, давай отойдем в сторонку, – прошептал Корт на ухо Филиппе и потянул ее из толпы на уединенную дорожку. Рокингемы ничего не заметили, поглощенные красочным зрелищем.

– Разве мы не должны предупредить, что уходим? – Филиппа нерешительно оглянулась на Белль и Тобиаса.