Обрученные луной

Спустился до карниза и подергал ручку запертого окна Ивара, снова тихо ругнувшись.

Неожиданно та поддалась, и Хольм запрыгнул в комнату, едва не поскользнувшись на гладком мраморном подоконнике.

Здесь пахло совершенно иначе. Самим Иваром, а еще сложной смесью ароматов, которые очень много рассказали бы Волку, прими Хольм облик зверя, но даже сейчас кое о чем поведали.

Как и всякий Кот, Ивар был чистоплотен, и его собственный запах не лез Хольму в ноздри, а тонко обволакивал некоторые вещи и постель. Ароматических снадобий, к счастью, не было, зато приятно пахло выделанной кожей — в углу спальни Хольм разглядел стойку с легким доспехом. Самые обычные восковые свечи, брошенная возле кровати прямо на пол рубашка, стопка книг на столе…

Хольм торопливо оглядывался, понимая, что времени не так уж много, а поиски могут затянуться. Сережка, которую он снова стиснул в ладони, оставалась кусочком мертвого металла, и на миг закралось страшное подозрение, что Брангард мог и ошибиться. Ну, или «ключ», потерявший свою пару, не способен отозваться «замку»…

Кстати, а как он вообще отзывается? Это должно быть что-то хитрое, иначе Лестана заметила бы, что с сережками творится неладное, когда рядом Ивар.

Он медленно обошел комнату по кругу, напряженно прислушиваясь, не прозвучит ли крик совы, и сжимая в ладони сережку. Ничего! Посмотрел на черный проем двери в другую комнату. Может, тайник в гостиной?! Вышел туда, осторожно ступая в полутьме. Гостиная в покоях Ивара была больше, чем у самого Хольма и даже у Лестаны. На стенах висело оружие, и в другой раз Хольм обязательно прикипел бы к нему взглядом, а то и в руки взял, но некогда!

Вот шкаф с полками… Он упрямо заглянул в несколько шкатулок, но там лежали обычные украшения, дорогие письменные принадлежности, игральные кости и точильные камни… Хольма накрыло темное тяжелое отчаяние. Да здесь можно год искать эту проклятую сережку! Она же маленькая, с ноготь на его большом пальце! Глупо было надеяться на удачу!

«Луна-прародительница! — взмолился он. — Матушка-Волчица! И ты, Матушка-Рысь… Кто-нибудь, помогите! Хоть подсказку дайте, хоть кончик следа!»

Ему вдруг необыкновенно ярко вспомнился вчерашний сон, где Волк бежал рядом с Рысью… Рысь! Он ищет не просто сережку, а вещь, которая связана с душой Лестаны, ее зверем!

Хольм изо всех сил попытался представить огромную серебристую кошку, ее легкий грациозный бег на мягких лапах, сияние шерсти и дивный запах чистоты… Он потянул носом, понимая, что это глупо, — «замок» не касался кожи Лестаны и не может пахнуть девушкой — но яростно надеясь на чудо.