Пятиэтажка. Волшебному народу предоставляется общежитие

Слово взяла хозяйка дома:

— Мой муж — очень состоятельный человек. В его собственности находится множество…

И тут любящий муж перебил ее и выпалил:

— Правда, что вы… экзорцист?!

— Что? — обалдело переспросил Гриц.

Елена на мгновение закатила глаза, но к ней тут же вернулось самообладание:

— Дорогой, давай я объясню Григорию все по порядку. Понимаете, мы наслышаны о ваших успехах в разрешении нестандартных…

Но Александр Николаевич снова взял слово, да еще какое:

— В моего коня вселился демон!!!

— Что? — снова спросил детектив, жалея, что не усомнился в адекватности хозяина еще при принятии заказа.

— Дорогой! Ты пугаешь Григория! — пыталась успокоить мужа хозяйка, но тот продолжал вываливать на сыщика подробности:

— Он то скалится, то рычит, то воем воет! Мы его связали, в конюшне заперли, а он все не успокаивается.

— Эээ… может, бешенство? — предположил Гриц. — Ветеринар его смотрел?

Елена развела руками:

— Он боится подходить. Буцефал пытался откусить ему руку.

— Ну, там, а анализы?

— Его игла не берет! Да что там игла, его пули не берут! — ответил Александр Николаевич, делая большие глаза.

 — Ну? Возьметесь? Мы вас зеркало принесем! Дорогое.

— Что? — в третий раз за четверть часа спросил сыщик.

Хозяйка снова вздохнула:

— Простите, мой муж под впечатлением от фильмов на мистическую тематику. Он подумал, что с помощью зеркала можно изгнать демона.

«Вот и звали бы Джона Константина. Чего вы от меня-то хотите?».

Но Григорий привык доводить начатое до конца:

— Едва ли я смогу вам помочь, но… Пойдемте. Посмотрю на вашего коня. Может, мы что-нибудь придумаем.

Не успели они подойти к конюшне (которая по площади раза в три превышала квартиру Грица), как один из секьюрити сунул детективу в руки какую-то бумагу и дорогущую авторучку.

У Григория, конечно, оставалась робкая надежда, что это сувениры, но, все-таки, он спросил:

— Соглашение о неразглашении. — сурово ответил охранник.

Сыщик перевел взгляд на хозяина. Тот виновато улыбнулся, развел руками и весь сжался, словно опасался, что Гриц сейчас даст ему подзатыльник.

«Нет, меня точно не разыгрывают? Может, он для вида, а «серый кардинал» кто-то еще?».

Но, детективу ничего не оставалось, кроме как, пробежав документ глазами, поставить свою подпись.

Это и вправду было соглашение о неразглашении.

Секьюрити открыл перед ним тяжелую сейфовую дверь, Григорий спросил:

— Это всегда так было или вы после… «одержимости» поставили?

— Всегда. — ответил Александр Николаевич. — У меня очень дорогие, элитные лошади.

— А какая самая дорогая? — спросил сыщик.

— Буцефал и был… Ему просто цены не было.

Как только Гриц переступил порог, то в нос сразу ударил запах, напоминающий самую вонючую краску:

Александр Николаевич поморщился:

— Нет.