Пленник ее сердца

Глаза сами собой закрылись, накатила дрема, но перед тем как погрузиться в сон, она успела подумать, что кто-то согрел для нее простыни. Какая беспримерная услужливость! Впервые в жизни не она прислуживала кому-то, а прислуживали ей. В голове не укладывалось, что такое возможно. Наверное, ей все это снится, подумала Полина, и тут же уснула.

И проспала без просыпу несколько часов.

Полина открыла глаза в темноте и обнаружила, что больше не хочет спать. Несколько часов сна, конечно, не могли полностью восстановить силы, и, по правде сказать, она и не чувствовала себя вполне отдохнувшей: тело все еще ломило после долгого сидения в карете, пусть и удобной, с хорошими рессорами. Но еще хуже обстояло дело с головой – слишком много всего невероятного произошло за последние сутки.

Как бы там ни было, сон не шел, и Полина принялась анализировать ситуацию.

Итак, она в доме герцога. Но разве герцог или его матушка назвали бы так этот дворец? Вместо слова «дом» аристократы употребляют какое-то другое, более солидное: «резиденция», «особняк». Еще и названия своим жилищам дают: «особняк Бла-бла-бла». Или «замок Бла-бла-бла».

Полина отодвинула край балдахина и огляделась. К счастью, полная луна светила прямо в окна, которых оказалось аж три, и можно было разглядеть убранство спальни. Возле кровати, в изножье, стоял обитый тканью табурет, пол покрывал пушистый ковер с затейливым красно-золотым орнаментом. Впрочем, в лунном свете краски не казались такими яркими и кричащими. Напрягая зрение, она смогла разглядеть туалетный столик и большое, в полный рост, зеркало в золоченой раме, которое словно поддерживали два мраморных херувима.

Полина тихо присвистнула, и свист ее откликнулся эхом от кессонного потолка. Господи, акустика в этой комнате не хуже, чем в церкви. Впрочем, ничего удивительного: в этой спальне запросто мог бы поместиться весь их домишко вместе с птичником. И это всего лишь гостевая комната, к тому же едва ли самая лучшая. Так каковы же остальные спальни?

На приставном столике она заметила поднос с чаем. Наверное, перед тем как лечь в постель, надо было вызвать горничную, чтобы унесла, но сейчас Полина даже порадовалась, что не сделала этого: глоток прохладного чая с лимоном, говорят, хорошо успокаивает нервы.

Завернувшись в одеяло, девушка соскользнула с кровати, но та оказалась выше, чем можно было предположить, и Полина тяжело грохнулась на пол. Больно ей не было, потому что ковер в этом дворце оказался куда мягче, чем матрас у нее дома.

С запоздалым сожалением она уставилась на маленькую лестницу в изножье кровати, пытаясь вспомнить, как забиралась по ней, когда ложилась спать.