Измена. (не) Любимая жена (СИ)

Мне стоило неимоверных усилий воли, чтобы не оглянуться, не взглянуть на мужа и по выражению его лица определить, кто же тут всё-таки врал. Но не сделала этого и по большей части только лишь потому, что боялась даже пошевелиться — не дай бог Игнатьева заподозрит, что в разговоре участвуют трое.

— Я действительно тебя разыскивал, — проговорил муж, и моё сердце почти остановилось.

Его тон изменился. В нём зазвучала тоска.

Так он… он действительно…

— Марина…

— Слушаю, — с придыханием. Она тоже уловила перемену в его голосе.

— Марина, объясни, зачем столько лжи?

— О чём ты? — настороженно."

"— Эта твоя подстава с обнажёнкой в квартире. Видеозапись. Явные попытки рассорить меня с женой. Зачем это всё?

Его голос звучал надломленно и устало. Я буквально всем телом чуяла его боль. Но длинные пальцы на моём плече сжались, будто предлагали повременить с реакцией.

Из динамика донёсся вздох, и он тоже выдавал усталость.

— Правду, видимо, говорят. Вам, мужикам, всё нужно в лоб говорить и по тысяче раз. Намёков, даже самых очевидных, вы не понимаете. Только ты, Ахматов, всем мужикам мужик. Ты и открытым признаниям не доверяешь.

Она замолчала, видимо не горя желанием продолжать. Герман тоже отозвался не сразу.

— Значит, все эти твои грязные игры… всё только лишь для того, чтобы повторить наш студенческий опыт?

— Не хочу я ничего повторять! — с неожиданным нажимом огрызнулась она. — Я хочу тебя всего и навсегда, понимаешь? И не только в постели. Господи, неужели это не ясно? Когда ты разведёшься, наконец, с этой клушей, ты поймёшь, что единственной женщиной в твоей жизни всегда была я!

От горячности в её голосе я даже дышать перестала. Кровь прилила к лицу, и комната перед моим взором будто бы накренилась.

Совсем потерять связь с реальностью мне не позволяла рука мужа, по-прежнему гревшая моё плечо.

— То есть после развода ты рассчитывала на новую свадьбу, — Герман усмехнулся. — Информативная у нас беседа сложилась, Игнатьева. Я всего-то хотел узнать, куда запропастилась моя подчинённая, а в процессе почти предложение руки и сердца получил.

— Что, нравится надо мной издеваться?

Я так и видела кривящиеся в ухмылке пухлые губы. Хищно прищуренные глаза.

— А разве я не могу себе это позволить? Ты же издевалась надо мной всё это время. Ты превратила мою жизнь в ад и надеешься в этом аду воцариться.

— Да брось ты эту поэзию, Герман. Я знаю, что рано или поздно ты оттаешь. Я дам тебе время пережить этот развод, поскорбеть о былом. Но потом ты вернёшься ко мне. И мы будем вместе.

От её слов веяло такой уверенностью, что даже я ей сейчас почти верила.

— Вернусь к женщине, разрушившей обманом мой брак?

— Это не обман, Герман. Запись ты видел.

— О, я не только запись видел. Я ещё и пообщался с тем, кто тебе эту запись пообещал.