Сердце Проклятого

Фото было на весь экран, вот они и вызвали шабаковцев.

Блондин присвистнул и замолчал, явно что-то обдумывая.

— Значит, наш клиент уже у них?

— Наш клиент пока в палате, под охраной, ничего не изменилось. Но раньше его пасла больничная охрана, а теперь им занимается контрразведка. Разницу чувствуете? Контрразведка — это плохо. Другие люди вокруг, другая обстановка, другие нужны подходы…

— Добраться до него можно? — спросил стриженый, приоткрывая окно, чтобы покурить.

— Добраться можно до всех, — сообщил Поль. — Слушай, дружище, ты б сигаретку бросил.

Не курят у меня в тачке.

— Так она ж чужая! — хохотнул блондин.

— Зато я свой, — отозвался резко татуированный. — Сигаретку выбрось, что ли, коллега!

— Не психуй, — сказал стриженный мрачно, — и не командуй — ты не на дискотеке с девками!

Но сигарету выбросил.

— Вот и отлично, — проворковал Поль. — Поберегите здоровье, парни. Оно нам сегодня еще понадобится!

Черный пикап «мицубиси» двигался к приморскому шоссе, на север. Трое наемных убийц спешили в Эйлат.

Рассказанное Полем было чистой правдой.

Утром «Шабак» предупредили, что разыскиваемый за участие в теракте Валентин Шагровский находится в эйлатском госпитале без сознания.

Состояние — стабильно тяжелое. Проникающее ножевое в область живота. Множественные ушибы, сотрясение мозга. Но прогноз на выздоровление положительный. Сотрудники контрразведки выехали в госпиталь немедленно.

Врачи не ошиблись с опознанием — в реанимации действительно лежал Валентин Шагровский. В журнале было указано время поступления в приемный покой. Все сходилось — часы поступления допускали его непосредственное участие в акции.

А вот история, которую рассказал нашедший раненого журналиста водитель, вызывала некоторые вопросы. По словам шофера развозного грузовичка (Ахмед Аббас, 27 лет, уроженец Вифлеема, не привлекался, не был, не был замечен, не состоит) он подобрал Шагровского на шоссе неподалеку от Эйн-Бокек после страшного ливня. Тот выполз на проезжую часть, рассказать ничего не мог, сразу же лишился чувств. Случилось это под утро. Участвовал ли Шагровский непосредственно в проведении теракта? Если участвовал, то как оказался на шоссе возле Мертвого моря в двухстах пятидесяти километрах от места совершения преступления? Что делал там ночью? Кто ударил его ножом в живот? Вопросов было много. Ответы давать было некому. Главный подозреваемый лежал бревном, накачанный обезболивающими и антибиотиками по самые брови. Толку от него было ноль, но сам факт, что возможный организатор преступления находится в руках «Шабак», вызывал определенную радость.

Об успехе розыскной операции доложили на самый верх.