Сердце Проклятого

В Израиль она попала в 1977 году, вместе с родителями — одними из тех немногих, кто действительно выехал из СССР на Землю Обетованную, а не транзитом через Вену и Рим в Штаты. У тринадцатилетней девочки были способности к языкам и точным наукам, через несколько лет Криницкая владела ивритом, арабским, персидским, курдским. Английский, который она освоила еще в спецшколе в Киеве, а также русский и украинский в счет не шли. Школу Марина легко закончила в первой пятерке по успеваемости. Внушительный бюст, выросший тут же под ярким южным солнцем, и солидный багаж знаний в сочетании с развитым интеллектом создавали у окружающих когнитивный диссонанс.

Мужчины терялись из-за неспособности выбрать правильную линию поведения в общении с этой женщиной, и инициатива сама по себе доставалась юной Марине Криницкой, можно сказать — падала к ней в руки. А уж она знала, как использовать преимущество!

После призыва в армию Криницкая, как полиглот, сразу же оказалась в одном из подразделений контрразведки, занимавшимся перехватом радиосообщений, успешно отслужила положенное, вернулась к учебе, а после окончания университета оказалась в Моссаде, уже как дипломированный специалист-переводчик, при чине и регалиях.

Ее знания, усердие и честолюбие были оценены настолько высоко, что многие сотрудники противоположного пола и мечтать не могли ни о таких деньгах, ни о таких прыжках по служебной лестнице.

Ко времени своего второго пришествия на госслужбу она успела трижды выйти замуж и дважды развестись, ни разу не поменяв фамилию. Бывшие мужья о совместной жизни с ней говорить отказывались — наверное, были полны впечатлений, но умудрились подружиться между собой и их неоднократно видели вместе целенаправленно надирающимися в окрестных барах.

Побывать супругом Криницкой оказалось тяжелым испытанием для мужского самолюбия, и не потому, что Марина оказывалась плохой женой, а потому, что мужчина в браке должен понимать, что у него есть яйца — не в физиологическом, а в сакральном смысле этого слова. Рядом с Криницкой можно было чувствовать себя самцом, а вот мужчиной…

С этим случались сложности.

Когда судьба столкнула Марину с Рувимом Кацем, она была не замужем в третий раз. Тогда Рувим был не профессором, а офицером подразделения 269 — удачливым, жестким, сравнительно молодым. От соприкосновения двух таких характеров не могли не полететь искры, и они полетели фонтаном.

Роман офицера Саерет Маткаль и переводчицы Моссада проистекал бурно, напоминая больше танковое сражение или рукопашный бой, чем попытку построить семейные отношения, но, несмотря на это, продлился несколько лет.