Штуцер и тесак

И еще орден – один или два, это как отжалеют.

– За этим дело не станет, – успокоил я. – После этого сражения вакансий в армии много. Но еще лучше попросить Багратиона развернуть нашу роту в батальон быстрого реагирования.

– Чего? – удивился Семен, останавливаясь.

– Скорой помощи, – пояснил я. – Сегодня и вчера мы доказали свою полезность. Князь умен и не может такого не учесть.

– Гм! – задумался Семен. – А это дело. Кто бы только похлопотал? Самому с таким предложением идти неловко.

– Найдем! – успокоил я, хотя сомнения на этот счет меня грызли.

Даву встретил Маре ледяным взглядом.

Полковник внутренне поежился и замер в ожидании разноса. Тот не замедлил случиться.

– Что вы знаете о покушении на императора? – спросил маршал.

– Случайность, – поспешил Маре. – Император приказал втащить пушки в недостроенную русскую церковь и сам стал наводить их на цель. На другом берегу Днепра стояла русская батарея, которая мешала нашим солдатам захватить мост. После двух залпов наших пушек русские выпалили в ответ, убив трех артиллеристов. К счастью, ядра не задели императора. Он оставил позицию, сел в седло и уехал.

– Случайность, значит? – голос Даву мог заморозить океан. – Мне рассказали другое. В свите императора несколько офицеров наблюдали за противником в подзорные трубы. Они видели, как к батарее русских подбежал некто в штатском и стал показывать рукой на церковь. После чего русские навели на нее пушки и выпалили.

– Ответный огонь на подавление батареи, – сказал Маре, уже начиная понимать, что сейчас услышит. – Обычное дело на войне.

– Русским не было нужды стрелять – мост горел. Своей цели они добились, не позволив нам захватить переправу.

Самым разумным в их ситуации было прицепить орудия к упряжкам и вывезти их из-под огня. Но они остались и открыли пальбу. Да еще по церкви! Вы, вроде, неплохо знаете русских, Маре. Они очень религиозны. Стрелять по храму в их представлении – святотатство. Тем не менее, они это сделали. Возникает вопрос: почему? Я отвечу: потому что там был император. Понятно?

– Наверное, они разглядели его в подзорную трубу.

– Это ваш посланец, – продолжил Даву, – и он ЗНАЛ, – последнее слово маршал выделил голосом. – Что совершенно не удивительно, если вспомнить, кто он таков и зачем здесь.

А вы говорите о случайности. Слишком часто это слово стало встречаться в ваших докладах.

Даву вышел из-за стола, прошелся по кабинету, заложив руки за спину, затем встал против полковника, окатив того уничтожающим взглядом.

– Представляете, что случилось бы, удайся покушение?

– Да, ваша светлость, – выдавил Маре.

– Не представляете, – покачал головой маршал. – Это не только поражение в кампании, но и крах империи. Сейчас все держится на его величестве.