Случайная жена ректора, или Алхимическая лавка попаданки

Злата не виновна в убийстве в городе. Прошу по-дружески, не трогай ее и не сообщай в комиссию по нейтрализации. Пять дней.

— Ты понимаешь о чем вообще просишь? — нахмурился дознаватель.

— Понимаю, — я налил бокал себе и сел в кресло напротив, глядя в лицо старого друга. — Но когда ты просил отмазать свою ненаглядную «лисичку-контрабандистку», я не задавал лишних вопросов.

— Я помню, — криво ухмыльнулся Берт. — И всегда буду тебе благодарен. Тем более из-за этого ты попал в ссылку вместе со мной, потеряв место Верховного мага.

— Скажем честно, не из-за этого, а из-за того, что Его Величество слишком приблизил к себе служителей церкви. И именно церковь виновата в опале магов эфира. Худы бы их побрали!

— «Мозгоедов» или церковников?

— Всех разом. Вот скажи мне: когда такое было, чтобы дракон слушал священников?

— Согласен… В странные времена мы живем. Но вообще, зная тебя, можно было бы подумать, что ты под действием ментальной магии. Почему ты так уверен, что это не она убила Поттера?

— Уверен. Что до меня… Проверь, — я развел руками, предоставляя ему карт-бланш и убирая все свои щиты.

На несколько минут в кабинете повисла тишина. Наконец, Фарелл откинулся на кресло и хмыкнул:

— Ничего… Ментального воздействия нет.

— Ладно, баш на баш, не выдам твою блондиночку. Хотя понятия не имею, как ты собираешься разрешить эту ситуацию.

— Так… Есть одна идейка. Маленькая, но очень-очень интересная.

Отравиться ртутью — это не кило конфет в одно лицо слопать. Хотя о любимом «Птичьем молоке» я могла только мечтать. Да что там! Сейчас я бы с радостью съела самый обычный бутерброд со сливочным маслом, кружочком колбасы и огурчиком.

Вместо этого приходилось давиться настоем золотого корня, люцерны, овса и кориандра. Из-за паров ртути болел живот, меня тошнило, вся слизистая стала медно-красной, а во рту появился противный металлический привкус.

А еще меня тревожила… конечно же, чертова свадьба Нейтана с той чернобровой кикиморой. И хотя я пыталась себя убедить, что очень даже рада тому, что совсем скоро избавлюсь от брачной драконьей метки, но в душе ощущала полный раздрай и какую-то странную моральную изжогу.

Учитывая, что когда я эту метку заполучила, саэр Ридар вовсе не был милым и пушистым дракончиком, скорее злобным, разъяренным ящером, который обещал меня поймать и уничтожить. Ну или что-то в этом роде.

Ой, да пусть он хоть двести невест окольцует! Мне-то что?..

Я мрачно уставилась на кота, который хозяйственно хлопотал на кухне, рыжей мухой мотаясь между плитой и разделочным столом. И не выдержала. Поднялась и целенаправленно двинулась к холодильному ларю.

— Эй-эй, ты куда⁈ — забеспокоился Яшка. — Тебе лежать надо до полного выздоровления.

— Так! — я упрямо уперла руки в бока.