Вся ложь

— Когда вы только прибыли, у вас была опухоль, вызванная травмой тупым предметом. Это причина вашей двухдневной комы, но мы следили за ней и постепенно уменьшали ее, и у нас получилось. Как я уже сказал, вы молоды, и кратковременная амнезия не редкость.

— Вы... ты не понимаете, — прохрипела я. — Я ничего о себе не помню.

Доктор задумчиво кивает.

— Все анализы прошли без проблем, но мы проведем еще одно МРТ и компьютерную томографию, чтобы убедиться. У вас есть базовые общие знания, а все остальное обязательно вернётся.

— А что, если этого не произойдет? — спрашиваю я испуганным голосом, будто нахожусь на улице темной зимней ночью.

— Тогда это будет случай ретроградной амнезии.

— И меня невозможно будет вылечить от этого?

— Мозг сложный орган, мисс Эллис. Мы все еще так мало знаем о том, как он работает. К сожалению, лекарства от амнезии до сих пор нет, но если вы вернетесь к своей обычной жизни и окружите себя друзьями, семьей и знакомыми предметами, особенно ароматами, это может помочь восстановить ваши воспоминания.

Словно даже доктор не знает, как, черт возьми, я вернусь к нормальной жизни.

Но опять же, что такое нормальность?

Конечно, это не включает в себя мудака, держащего меня за руку, или боль, пульсирующую в затылке.

— Ваш опекун скоро должен прибыть, но будет лучше, если вы отдохнете, — говорит доктор Андерсон перед уходом.

У меня есть опекун, но я учусь в колледже. Как именно это работает?

— Сколько... сколько мне лет? — я спрашиваю медсестру.

— Двадцать один, помнишь, Рей? — говорит мудак справа от меня с отвратительной улыбкой, которая даже близко не доходит до его глаз.

В нем нет ничего искреннего.

Должно быть, я была не в своем уме, когда приняла его предложение. То есть, если он вообще когда-нибудь делал предложение.

По какой-то причине я думаю, что просто оказалась с ним, и все. Это еще страшнее.

— Нет, я не помню, — шиплю я. — Ты слышал хоть слово из того, что я сказала? Я только что сказал доктору, что не помню своей жизни.

Он приподнимает одну густую, идеальную бровь.

— Вы просто расстроены, мисс Эллис. — медсестра улыбается ему сверху вниз с такой любовью, будто он ее сын или что-то в этом роде. — Ашер не отходил от вас с тех пор, как вы оказались в больнице. Он был таким милым.

Имя ни о чем не говорит, но тот факт, что он был рядом со мной… Я снова наблюдаю за ним, пытаясь по-другому его почувствовать.

Он просто кошмарный голос и тот, кто назвал меня монстром.

Эти зловещие глаза встречаются с моими, когда он разговаривает с медсестрой с отвратительным дружелюбием.

— Она единственная, кто у меня есть. Разве это не так, Рей?

Он не может дать мне прозвище после того, как назвал меня монстром. Как он может произносить их и звучать так убедительно и...