Вся ложь

Ярость его страсти разжигает мою собственную, и у меня нет выбора, кроме как поцеловать его в ответ, потеряться в его твердом рту и невысказанных словах, которые он говорит мне своими губами.

Как сильно ему нравится, что я принадлежу ему.

Как сильно это сводит его с ума.

Все они являются переводом моих собственных эмоций. Ашер и я, возможно, не во всем сходимся во взглядах, но прямо сейчас? Прямо сейчас обо всем говорят наши губы и языки.

Его хватка на моих запястьях усиливается, когда он наклоняет мою голову свободной рукой, тщательно целуя меня. Ашера не интересует простой поцелуй. Он хочет покорить меня целиком, чтобы во мне не осталось ни одной части, которую можно было бы забрать.

Так что каждый сантиметр моего существа принадлежит ему.

Он отпускает мои запястья, стягивая мой топ и спортивный лифчик через голову. Когда они запутываются в моих волосах, он срывает верхушку.

Сила в его сильных руках и безудержное желание в его глазах заставляют меня тяжело дышать.

Нет. Не просто желание.

Этот взгляд такой хищный, будто он долго ждал этого момента.

Возможно, я тоже этого ждала.

Его пальцы впиваются в нежную плоть моей груди. Мои соски сжимаются в тугие бугорки, когда он проводит по ним большими пальцами. Трение пронзает меня прямо между ног.

О, Боже. Это чистая пытка.

Его свирепый взгляд скользит от моих сосков к лицу, которое, должно быть, все раскраснелось.

— Эти сиськи тоже мои, не так ли?

Он зажимает один между пальцами, и я со свистом выдыхаю от удовольствия, смешанного с болью.

— Тебе больно, королева выпускного?

Я прикусываю нижнюю губу, сдерживая всхлип, пытающийся вырваться наружу.

Он наклоняется и берет другой сосок в рот, покусывая его.

— Да..., — тяжело дышу я.

— Тебе это не нравится?

Его легкая щетина царапает чувствительную кожу моей груди.

Он поднимает голову, на его губах появляется усмешка.

Должно быть, я не в своем уме, потому что все, что я могу сделать, это покачать головой. Я не знаю, что такого есть в грубости Ашера, что привлекает меня, но это есть.

Как будто уносит течением. Как свободное падение в водопад.

В этом типе удовольствия, смешанного с болью, есть что-то освобождающее.

Что-то вроде того, чтобы быть... живым.

Это как глоток воздуха после утопления, первый вдох после перерождения.

Он отпускает мою грудь, чтобы зацепить пальцами пояс моих шорт.

— Если я проникну под одежду, найду ли я доказательства?

Мурашки пробегают по моей коже, когда его костяшки пальцев скользят вниз по моим разгоряченным бедрам. Он бросает мои шорты и трусики куда-то за спину.

Погружает руку между моих обнаженных бедер и проводит пальцем по скользким складкам.

— Блядь. — он хмыкает. — Ты промокла.