Закат в Лиссабоне

Необъяснимым образом Лиссабон напоминал ему родной Баку — город его детства.

Дронго не раз пытался анализировать, что же так влекло его сюда. Внешне на Баку был больше похож Неаполь с его характерным расположением полукругом по берегу залива и кварталами домов, террасами уходящими от самого моря вверх. Казалось бы, в Лиссабоне все было другим. Если в Баку солнце вставало над морем, то здесь, на берегу Атлантики, оно погружалось на закате в океан, а поднималось утром над сушей с той стороны, где раскинулась опасная для португальцев соседка — сиятельная Испания.

Зато в Лиссабоне сразу ощущалось столь характерное для родного города Дронго времен его детства смешение стилей и языков здешних улицах можно было услышать не только португальскую или испанскую речь. Как, собственно, и в любом другом городе Европы, в столице Португалии также говорили по-английски и по-французски, по-итальянски и по-немецки. А кроме того, в общую симфонию звуков вплетались языки арабских выходцев из Магриба и гортанные наречия других народов Африки, довольно широко представленных в городе.

Возможно также, что все дело было в том впечатлении, которое производили на Дронго дома на площади вокруг памятника маркизу Помбалу? Своей архитектурой, в которой сочетались элементы модерна и конструктивизма, они удивительно походили на некоторые здания в его родном городе.

А может быть, продувающий Лиссабонские холмы вечный ветер напоминал ему Баку, в котором почти всегда ощущался свежий бриз? Или же открытость, добросердечие и щедрость местных жителей делали очень близкой для него саму атмосферу столицы Португалии? Таким был и его родной Баку до середины семидесятых, пока все не начало неуловимо меняться…

Вполне вероятно, его привлекал и некий налет провинциализма, который явственно ощущался в этой бывшей столице огромной империи, ставшей в силу различных геополитических обстоятельств обычным европейским городом на краю континента.

А ведь Лиссабон знавал и лучшие времена. Сам папа римский в свое время разделил между Португалией и Испанией весь земной шар. И случилось это пятьсот лет назад, когда ведущие европейские державы только выходили из средневекового варварства. Однако ни одной империи в истории не удавалось надолго сохранить себя и свое могущество. Уже через семьдесят лет Португалия будет оккупирована Испанией и перейдет в разряд второстепенных государств, не особо влияющих на европейскую политику. Шесть десятилетий продлится господство над Португалией соседней державы. Позже в результате народного восстания страна сумеет вершить себе свободу. Но, увы, не былое величие.

Дронго подумал, что подобное ощущение упадка исподволь закрадывалось ему в душу и при взгляде на родной Баку.