Бессердечный повеса

Сейчас, однако, она хотела отправиться в свою комнату и освежиться после путешествия.

Пока Девон провожал её на второй этаж, до Кэтлин донеслась странная воздушная музыка. Нежная мелодия не походила на звуки пианино.

– Что это? – спросила она.

Недоумевая, Девон покачал головой.

Они вошли в гостиную, где Хелен, Кассандра и Пандора собрались вокруг небольшого прямоугольного столика. Близнецы светились от волнения, в то время как лицо Хелен не выражало никаких эмоций.

– Кэтлин! – воскликнула Пандора, – ты никогда ещё не видела столь красивой и хитроумной вещицы!

Её взору предстала музыкальная шкатулка не менее трёх футов в длину и одного фута в высоту.

Сверкающий, лакированный короб из розового дерева, инкрустированный золотом, стоял на собственном, подходящем по сочетанию, столике.

– Давайте попробуем другой, – настояла Кассандра, выдвигая ящик в передней части столика.

Хелен полезла внутрь и достала медный цилиндр, на чьей поверхности виднелись сотни крошечных иголочек. В ящичке лежал целый ряд из таких же сияющих цилиндров.

– Видишь? – сказала взволнованно Пандора Кэтлин. – Каждый цилиндр играет разную музыку.

Можно выбирать, что хочешь послушать.

Кэтлин покачала головой, молча изумляясь.

Хелен поставила новый цилиндр в короб и защёлкнула медный рычажок. Заиграла бодрая, оживлённая мелодия увертюры из оперы Вильгельм Телль, заставив близнецов рассмеяться.

– Но откуда она взялась? – спросила Кэтлин.

– Кажется, её доставили сегодня, – сказала Хелен, её голос звучал немного подавлено, – для меня. От... мистера Уинтерборна.

Между присутствующими воцарилась тишина.

Взяв сложенную записку, Хелен протянула листок Девону.

Хотя её лицо было спокойным, в глазах светилось замешательство.

– Он… – начала она неловко. – То есть, мистер Уинтерборн, похоже, думает…

Девон встретился с ней взглядом.

– Я разрешил ему ухаживать за тобой, – сказал он без обиняков. – Только если ты согласна. Если нет…

– Что? – взорвалась Кэтлин.

Почему Девон никоим образом не упомянул об этом? Должно быть, знал, что она будет возражать.

В действительности, Кэтлин возражала всем своим существом. Уинтерборн никоим образом не подходил Хелен. Это ни для кого не было секретом.

Если она выйдет за него замуж, ей придётся приспосабливаться к жизни, абсолютно ей чуждой.

Увертюра из «Вильгельма Телля» разносилась по комнате с отвратительной жизнерадостностью.

– Категорически нет, – резко бросила Кэтлин Девону. – Скажи ему, что передумал.

– Хелен решать, что она хочет, – спокойно ответил он. – Не тебе.

С этой упрямо сжатой челюстью, он выглядел точно, как высокомерный осёл, каким он предстал перед ней в ту первую их встречу.

– Что Уинтерборн тебе пообещал? – спросила она.