Его любимая зараза (СИ)

И не соврала — передо мной предстал самый большой пазл в моей жизни!

Хотя я бы больше назвала это паутиной, которая держалась на восьми белых столбах из сырой чужеродной силы. Слоев было немного, да и кружево так себе… однако для простых магов штука довольно сложная.

А вот для попаданки, которая в бабушкином огороде каждый год выпутывала из жухлой огуречной ботвы капроновые нитки — легче легкого!

И я принялась за дело. Глаза, конечно, боялись, но руки уже вцепились в творение первой из попаданок мертвой хваткой. Естественно, хотелось бы потянуть за одну ниточку, и чтобы всё рассыпалось по осенней траве.

Но нет, приходилось развязывать каждый виток и узелок, и накручивать всё это на клубочек, чтобы потом отложить в сторону.

Поглотить же всё это в себя попросту не представлялось возможным.

И, слава богу, творческая работа позволила отвлечься от лишних мыслей. Нет, они никуда не делись. Но текли будто задним фоном, позволяя отрешиться от эмоций и посмотреть на некоторые вещи под другим углом. А посторонние звуки, раздавшиеся вскоре, если и отвлекли меня, то ненадолго. Я всего-то пару раз вздрогнула, три раза подпрыгнула, а потом просто перестала обращать внимания.

Никто не орал благим матом, а Аарахарн и вовсе, отпускал периодически свои язвительные шуточки, давая знать, что всё в порядке.

Мои силы же закончились примерно на половине. И всё равно, я тянула до последнего, не желая быть абсолютным нахлебником у темного мага.

Да и смущалась немного, если честно: я ж абсолютно не имела представления, как пользоваться родовой магией!

Но когда меня чуть качнуло от слабости, стоило только подумать о помощи, и по венам растеклось благодатное тепло.

Руки окрепли, резерв наполнился, и принялась с утроенным упорством ползать на коленках, распутывая то, что осталось от паутины. И чем меньше становился узор, тем больше слабела эта часть Завесы. И тем чаще и громче раздавалось леденящее душу рычание со всех сторон — местные твари во чтобы то ни стало хотели нас остановить.

А белая киселееобразная гадость в воздухе таяла прямо на глазах, как будто я наконец-то умылась.

И, в конце концов, когда последняя нить была отвязана от последнего столба, а магических клубков набралось с десяток — каждый размером с баскетбольный мяч — я буквально рухнула носом в землю!

Сил хватило только на то, чтобы перевернуться на спину, размазывая пот по лицу грязными руками.

Коленки давно промокли насквозь, а руки припухли и озябли. Пальцы не гнулись, хрустела спина, отнималась поясница…

Но, черт побери, как же я была в тот момент горда собой!

— Ты жива, моя старушка? — первым надо мной склонился улыбающийся Аарахарн. И, о чудо! Впервые я имела счастье лицезреть его тушку в столь потрепанном виде.