Из глубины

– Шит! Это наши проблемы!

– Хрен с ними, командир, – бросил Пинчук в сердцах. – Пусть делают что хотят. Надо предупредить Брайдера.

– Сначала надо как-то выручить нашу пару.

– Я надену костюм и пойду им навстречу, – торопливо предложил Шторкин.

– Ты прошёл водолазную подготовку?

– Спецкурс подводного диверсанта.

– Ладно, посмотрим. – Лобанов дал крен, направляя батиплав в обход американской субмарины.

– А если они и в самом деле пальнут по стене пещеры? – поинтересовался Комов.

– Этого нельзя допустить! – воскликнул лейтенант.

– К сожалению, нам нечем им пригрозить.

– Брайдер что-нибудь придумает, – сказал Комов.

– Пока мы доберёмся до «Десны», пиндосы уже начнут стрелять!

– Не сумасшедшие же они, в конце концов.

В это время «Канзас» – длинная металлическая сигара диаметром восемь метров, полная скрытой угрозы, – медленно двинулся вглубь зала, минуя конус, остановился в сотне метров от стены зала, по которой изредка пробегали цепочки тусклых жёлтых огоньков.

– Они всё-таки решили стрелять!

Лобанов процедил сквозь зубы проклятие, развернул батиплав и подвесил его перед носом «Канзаса».

– Капитан Маликофф! Ещё раз предупреждаю…

– Идите к чёрту! – лаконично ответил командир лодки. – Мы не собираемся торчать здесь в качестве экспоната музея. Даю пять минут и начинаю атаку!

– В таком случае обойдёмся без вашего согласия. Отсчёт пошёл!

Пинчук постучал себя пальцем по лбу.

– У них у всех комплекс неполноценности!

Шторкин взялся за автомат, будто мог этим пресечь намерение капитана «Канзаса».

Лобанов оскалился, представляя, как субмарину насквозь прошивает торпеда.

– Придётся отступить! Эти шизофреники не остановятся!

«Краб» сдал назад к конусу.

Шторкин начал вызывать Вербова, надсаживаясь так, будто от этого зависело, услышит его полковник или нет.

Какое-то движение зародилось в фиолетовом мраке в глубине зала.

Лобанову показалось, что в воду выпустили стаю ворон.

Но это были не вороны.

К субмарине метнулось, разворачиваясь струями-крыльями, скопище «осьминогов»!

Может быть, экипаж американской лодки и заметил необычную стаю, однако продолжил делать то, что собирался делать.

«Канзас», развернувшись носом к наклонной стене зала, выстрелил торпедой!

Но она не успела достичь стены.

Всё скопление «осьминогов» разом облепило корпус субмарины, а также саму торпеду. Засверкали голубые молнии, объединяя «осьминогов» в единую ажурную сеть.

Лодка на пару мгновений оделась в сеть из молний, стала прозрачной (как показалось свидетелям процесса) и погасла, превращаясь в неподвижную, массивную металлическую болванку, начавшую опускаться на дно пещеры.