Хочу твоим первым

Стыд окатывает меня огромными холодными волнами и тянет провалиться под землю прямо на этом месте. Отключаюсь на некоторое время, а когда прихожу в себя, тон маминого голоса звучит на порядок ниже.

- Что? Нет…да…хорошо.

Мне кажется, что этот ужасный день не закончится никогда.

Но Марта Сергеевна, словно добрый ангел, вытащила меня из этой гибельной бесперспективной трясины. Она не удивилась моему звонку и не возмущалась. Спокойно выслушала все мамины нападки на себя, после чего деловым тоном предложила встретиться с ней в кафе и все спокойно без спешки обсудить.

Мама поехала на эту встречу вместе с тетей.

Обе были настроены решительно. Собрались разнести кафе в пух и прах. Но когда вернулись, то вошли ко мне в комнату почти такими, какими я их знала всегда – спокойными и доброжелательными.

- Значит так, Арин, - первой начинает мама и устраивается у меня в ногах. – Твоя Марта Сергеевна нам все рассказала. И показала. И…в общем…возможно, мы с самого начала оказались не совсем правы.

- Арин, ты уж извини меня, - подхватывает тетя. – Сгоряча я все не так поняла. Хочу взять свои слова обратно и извиниться. Прости меня, дорогая. Но и ты нас пойми. Мы слишком волнуемся за тебя, а тут вдруг все это.

- Ты сможешь продолжать ездить в университет, - снова берет эстафету мама, - но только с одним условием. Никаких мальчиков рядом с тобой. Ни одного. Никаких вообще. С тем парнем, с которым ты общалась, или не общалась, судя по твоим словам, ты обрываешь любые контакты. Любые! Работать будешь строго у Марты Сергеевны, если такое произойдет, она сообщит нам ваш график. Курьером нет. Вечерами ты теперь будешь дома, либо тетя Галя сама найдет тебе работу. Если ты согласна на такие условия – ты можешь остаться в городе.

- Я согласна, - выпаливаю я, с трудом пока представляя, как я смогу игнорировать Гордея.

Но главное, что остаюсь, что меня не отсылают обратно в деревню.

А дальше…я придумаю что-нибудь. Снова поговорю в деканате насчет общежития, они же обещали, когда освободится. Поищу объявления и возможно, моих денег хватит, чтобы заплатить за первый и последний месяц и снять пусть маленькую и на окраине, но свою квартирку.

Я не знаю пока. Я слишком домашняя и подобного плана шаги даются мне крайне тяжело. Да у меня от одних только мыслей об этом озноб по всему телу и под ложечкой сосет.

Но главное, что я остаюсь, я остаюсь.

Даю слово, что буду только учиться и не общаться ни с одним парнем, и остаюсь.

Продаю душу дьяволу и остаюсь.

- Вот телефон, Арина.

И мама протягивает мне мой сотовый.

- Сейчас, прямо при мне пиши тому мальчику, что ты прерываешь все контакты с ним и больше не желаешь его видеть. При мне пиши и отправляй, чтобы я видела.

Я не хочу ничего писать, но у меня не остается выбора.