Лезгинка по-русски

Но очень уж не хотелось расставаться с ролью страдальца, тем более что самому Элизабару казалось, что эта роль у него получается. Однако нынешние зрители, в отличие от чеченцев, ее воспринимали без теплоты. И с этим приходилось мириться.

Чтобы выиграть время и суметь собраться с мыслями, подполковник Мелашвили с трудом сумел подыскать подходящий случаю вопрос:

– А оплата? Мы еще не договорились относительно оплаты…

– Твоя свобода чего-то стоит? – спросил российский подполковник.

– Или ты считаешь, что тебя освобождают бесплатно? – не менее жестко добавил Самокатов.

Этот полковник раньше показался Элизабару более добродушным и вполне сговорчивым человеком, с которым можно иметь дело. Но, видимо, подполковник-спецназовец влияет на него не лучшим образом.

– Значит, платить мне не собираются? – Подполковник Мелашвили всем своим видом демонстрировал крайнюю степень растерянности.

– За что, за мешок с наркотой? – спросил Занадворов. – За это, если есть желание, можно и заплатить. Только цену уже назначаем не мы и не здесь, в горах, а где-то в городе, после длительного следствия, суда на судебном заседании.

Торопись, пока у нас законы еще слегка лояльны к подонкам. Хочется надеяться, что времена изменятся, новая власть плюнет Европе и Америке на лысины, и тогда таким, как ты, останется только до конца жизни отмаливать грехи. Но жизнь уже долгой не будет…

Элизабар и вправду растерялся. Он надеялся на взаимовыгодное сотрудничество и вполне корректное к себе отношение. Конечно, и полковник Лоренц бывал далеко не всегда корректен. Но тот признавал только авторитет собственной страны и все остальное, что к Америке напрямую не относилось, считал второсортным явлением.

А теперь и по другую сторону границы Элизабара тоже приняли достаточно жестко, и весь разговор шел на грани унижения. Это, естественно, не могло понравиться грузинскому подполковнику, но приходилось мириться, потому что даже это было лучше, чем следствие и судебное заседание, которое может вынести только однозначное решение.

Мелашвили попытался усмехнуться, не понимая, что его усмешка выглядит слегка жалкой, и ответил устало:

– Ладно… Давайте ваш договор. Я подпишу. Я могу подписать, даже не читая.

– Тогда я туда еще с десяток пунктов внес бы, – то ли пошутил, то ли пригрозил спецназовец. – Но будем знакомиться. Я – подполковник Занадворов, спецназ Главного разведывательного управления Генерального штаба. Зовут меня Сергей Палыч. Можно звать по имени-отчеству, поскольку в званиях мы с тобой равны. А теперь, пока договор не принесли, выкладывай все, что ты знаешь, про американскую лабораторию. Поскольку ты теперь наш секретный сотрудник – сексот то есть – все выкладывай. Абсолютно.