Летос

В солнечном свете мягко блеснуло желтым, и Тэо понял, что это полновесная марка.

— Сделаешь то же самое, что и с другими покойниками. Уверена, этот не первый, что появляется под твоей крышей. Скинь в овраг, брось на тракте, сделай пугало, скорми свиньям. Мне все равно. А страже сообщать не надо.

Хозяин сжал деньги в кулаке, сказал уже другим тоном:

— Другой разговор, госпожа. Позабочусь о нем.

Он с помощником утащил мертвеца на кухню, чтобы потом вынести его на задний двор.

— Спасибо, — поблагодарил акробат.

— Да пошел ты! — огрызнулась она, разом став злой, точно сапфировый коршун — хищная птица, живущая в горах на границе Пустыни.

Он не удивился такой реакции, достал монету равную той, что она только что отдала, подтолкнул к ней по столу:

— Не хочу ходить в должниках.

Женщина без всяких колебаний забрала ее.

— Или повесься на этой веревке, или свали подальше. Запас моей доброты закончился.

Она вышла на улицу, бормоча под нос ругательства, и Тэо покачал головой. Он так и не понял, что здесь произошло, но знал одно — в последнее время вокруг него творится тьма знает что. Синее пламя, тени, убивающие людей, и неизвестная, способная за три секунды расправиться с четырьмя здоровыми мужиками.

Сай оказалась права — им с Хенрином стоило уехать, пока была такая возможность.

— Рыба полосатая, вот ты кто, — сказала Лавиани своему усталому отражению в маленьком, грязном осколке зеркала. — Глупая, недалекая дура. Какого Скованного ты лезешь в чужие дела?

Сказать, что она была зла на себя, значит, ничего не сказать. Ведь знала же, чем все закончится и что придется потратить. Теперь у водопада было пусто, последняя бабочка исчезла с ее кожи. И это очень плохо, в особенности если учитывать, что где-то поблизости Шрев, пообещавший Боргу раз и навсегда избавиться от нее.

Теперь она может противопоставить охотникам лишь ту силу, ловкость, стремительность и проворство, что были у нее изначально. Бабочки вернутся обратно на кожу довольно нескоро.

И все это из-за проклятого шауттами парня, которого она хотела убить!

Лавиани не планировала вмешиваться. Чужие дела ее не касались, и сойка никогда не влезала в ненужные разборки. А тут — сама не знала, что на нее нашло. Только что хотела убить, а вместо этого спасла. Спасла лишь для того, чтобы снова захотеть прикончить.

А ведь обещала себе быть осторожной! Не привлекать внимания! Медный улт — вот цена ее обещаниям самой себе. Теперь придется быть втройне осторожной, пока она не доберется до Пограничного и не сядет на корабль, плывущий в Летос.

Там ее искать не станут. Те, кто живет на материке, с огромной неохотой отправляются в островное герцогство. Понимают, что хуже этого места только Пустынь и Смерчи.

Она торопилась. Месяц Журавля не за горами.