Память любви

И как оправдаться перед любящим ее халифом?

Ведь она не способна ответить ему тем же…

— Ты такая притихшая и растерянная, — заметила Алия. — Я не хотела обижать тебя, Hyp.

— Знаю. Но ты заставила меня впервые в жизни заглянуть в свою душу, и мне не слишком нравится то, что я увидела. Ты права: я вряд ли понимаю, что такое истинная любовь.

— Позволь Рашиду научить тебя, — молила Алия.

— Как ты можешь предлагать такое, если любишь его всем сердцем? Неужели тебе не больно делить его с другими, Алия?

— Нет, таковы наши обычаи! Мужчине мало одной женщины. Он, подобно пчеле, перелетает с цветка на цветок и счастлив этим.

Ронуин в отчаянии покачала головой.

— Четыре года назад, — со вздохом заметила она, — мы с братом жили в приграничной крепости в окружении грубых мужчин, которые и воспитали меня. Я понятия не имела, что это такое — быть женщиной, и не умела даже молиться!

А теперь у меня голова раскалывается от обилия знаний. Хорошо, я попытаюсь полюбить Рашида, обещаю. Но почему ты заговорила о ребенке? А если родится мальчик? Он может стать соперником твоего сына! Разве этого ты желаешь?

— Мохаммед — наследник отца и будет на много лет старше твоего ребенка, — отмахнулась Алия.

— Значит, по обычаю трон наследует именно старший сын?

— Нет, но все знают, что именно Мохаммед станет преемником отца.

— Но представь: а если я тоже рожу сына? Что, если халиф, да живет он сто лет, не отправится в рай, пока моему мальчику не исполнится двадцать? Что, если он полюбит его сильнее, чем Мохаммеда, хотя бы из-за тех чувств, что испытывает ко мне, и назовет своим преемником? Вряд ли тебе это понравится, Алия! — заметила Ронуин.

Противоречивые эмоции сменялись на лице Алии.

— Ты права, — честно призналась она наконец.

— В этом кроется немалая опасность, — подтвердила Ронуин. — Предпочитаю сохранить твою дружбу, Алия, а не вынашивать соперника Мохаммеду.

— Но у тебя может родиться дочь, — возразила та, — а Рашид жаждет иметь девочку, столь же прекрасную, как ты.

У него рождаются не только сыновья!

— Он берет меня едва ли не каждую ночь, обильно орошая семенем мой потаенный сад, так что скорее всего это будет сын. Я знаю, что делают в гареме для предотвращения зачатия. Найлек все объяснила. Пожалуйста, дай мне немного времени, прежде чем я перестану принимать по утрам отвар. Мне нужно подумать. Даже если он посчитает меня бесплодной, все равно не перестанет любить и наслаждаться моим телом. Может, я и в самом деле сумею хоть немного полюбить его, — попросила Ронуин.

— Она мыслит куда разумнее, чем я предполагал, — вмешался Баба Гарун, выступая из-за висевшего на стене ковра. — Не осудите меня за то, что подслушивал. Вы знаете — я лишь исполнял свой долг.