Память любви

Ллуэлин ап-Граффид наслаждался произведенным его дочерью впечатлением и читал при этом мысли будущего зятя.

— Ее мать происходила из светлого народа, прекрасной исчезнувшей расы в древнем Уэльсе. Не правда ли, Ронуин — настоящая красавица, несмотря на то что пошла в меня?

— Я этого не заметил, — пробормотал еще не пришедший в себя де Боло.

— Она даст тебе чудесных детишек, как и ее матушка — мне. И воспитание Ронуин получила прекрасное. Знает не только валлийский, но норманнский и латынь.

Эдвард, краснея, сообразил, что и не обратил внимания, на каком языке говорит невеста, и потому постарался поскорее взять себя в руки.

— Я доволен, что мы сможем друг друга понять, — кивнул он. — Расскажи, что она еще умеет, господин.

— Монахини уверяют, что она искусная пряха и ткачиха, составляет лекарства, мази и отвары, — ответил ап-Граффид.

— Я изучала арифметику и логику, — добавила Ронуин, поравнявшись с Эдвардом.

— Подобные знания женщинам ни к чему, — вмешался отец, да так торопливо, словно дочь сказала что-то неприличное.

— Посмею не согласиться с вами, господин. Что, если моему мужу придется отлучиться из дома? Отправиться на войну? В его отсутствие мне придется управлять хозяйством, а всем известно, что слуги так и норовят обмануть невежественную женщину. Так что умение считать очень важно.

Кроме того, моему жениху следует знать худшее: я также умею читать и писать.

Эдвард молча кивнул. Такого он не ожидал, совсем не ожидал.

— Она еще и поет, — прибавил ап-Граффид.

— Все валлийцы музыкальны в той или иной степени, сухо заметила Ронуин, и Эдвард невольно расхохотался.

Перед ними внезапно возник Хейвн-Касл. Эдвард сжал затянутую в перчатку руку невесты:

— Добро пожаловать домой, моя госпожа.

У Ронуин на мгновение перехватило дыхание.

— Как чудесно! — тихо воскликнула она.

Они поднялись на холм и по подъемному мосту въехали в замок. Заметив, как тщательно изучает будущий тесть средства обороны Хейвн-Касла, Эдвард спрятал улыбку. Хитрый лис никогда не возьмет крепость и вряд ли появится тут еще раз после свадьбы дочери. Как только они поженятся, Эдвард позаботится о том, чтобы жена не встречалась с родными. Он не допустит измены в собственном доме!

Он спешился и снял Ронуин с седла. Его невеста продолжала смотреть в землю. Странные манеры! То сама скромность, то откровенна и дерзка без меры! Перед самым входом Эдвард, к удивлению Ронуин, подхватил ее на руки и перенес через порог.

— Это старый английский обычай, — пояснил он, ставя ее на землю, — переносить новобрачную через порог ее нового дома.

— Но мы еще не женаты, господин.

— Все соглашения подписаны и скреплены печатью. Осталось только провести церковную церемонию.