Царь горы

— Только один из вас станет истинным кардиналом, — тихо произнесла девушка.

— Твоя поддержка мне не помешает. Отец прислушивается к твоим словам.

— Александр понимает, что продолжить его дело должен умный, а не… — Она запнулась. — А не горячий.

— Отец понимает? — уточнил Адриано.

— Ты похвалил меня, я похвалила тебя. Давай же теперь вместе похвалим папу: Александр умен. Разве не так?

— Это и есть ответ на твой вопрос, брат. Отец все понимает.

— Поэтому и не доверяет.

— Ты не боишься вести такие речи?

— С кем еще мы можем быть откровенны, как не друг с другом? Отец ценит меня не за то, что я выдаю ему красивую, льстивую ложь, а за правду. Иногда очень и очень неприятную правду. Я ругаюсь на него, смеюсь над ним, веду себя дерзко, а он терпит. Поскольку знает, что если не будет слышать правды, очень скоро потеряет все.

— Отцу повезло, что у него есть ты.

— В Мадриде у меня тоже есть помощники, которые не боятся говорить правду. Конечно, им далеко до тебя.

— Истинный кардинал может позволить себе лучшее, — улыбнулась Клаудия.

— Я постараюсь быть достойным отца.

— Тогда и у тебя будет все самое лучшее.

Адриано поудобнее устроился в кресле:

— Не предскажешь мне будущее, Глаза Спящего?

— Это легко, — рассмеялась девушка. — В настоящий момент Александр проводит совещание с епископом Руссо. А минут через двадцать вызовет тебя и Джакомо к себе.

— Не волнуйся, брат, он всего лишь епископ. — Клаудия положила ладонь на руку Адриано. — И слишком слаб, чтобы надеяться на большее.

Письмо пришло с утренней почтой. Пьеро принес его вскоре после того, как Клаудия восстановила силы, положил на стол, негромко произнес: «От неизвестного. Мы проверили — ловушек нет». Обыкновенный конверт, написанный твердым почерком адрес. Штемпель отсутствует — курьер приехал одновременно с почтальоном, то ли случайно, то ли так было велено. Несколько строк на дорогой бумаге:

«Клаудия, ситуация складывается таким образом, что наша встреча не просто полезна всем сторонам — она необходима. Стремительно меняющиеся обстоятельства вынуждают меня действовать. Но я опасаюсь совершить ошибку, ибо слишком долго не интересовался политикой семьи. Нам нужно поговорить. Пабло».

Когда проснувшиеся братья ввалились в гостиную, Клаудия как раз обдумывала ситуацию: пыталась сложить воедино известные ей факты со своим странным сном и картинами, открывшимися во время прорицания. Связаны ли неприятные предчувствия с полученным письмом? Ответ очевиден — да. Ничего не предпринимать? Рассказать отцу? Или отправиться на встречу? Последний вариант, разумеется, самый опасный. Последний вариант грозит гибелью.