Царь горы

— Хочет говорить с остальными с позиции силы?

— Ему виднее, — подумав, произнес князь.

— К тому же чем больше лидеров получит хотя бы общее представление о планах барона, тем выше вероятность, что среди рядовых масанов поползут ненужные слухи. Так что поведение Александра меня устраивает.

— И изменение сроков не смущает?

— Ни в коей мере. Вышло так, что я как раз сегодня закончил последние приготовления.

— Дописал диспозицию?

— Переговорил с последними исполнителями.

Сантьяга не стал реагировать на неуклюжую попытку поддеть его: лидер Нави прекрасно знал, что сначала комиссар разрабатывает планы, а затем подбирает исполнителей. Сначала цель, затем средства, и никак иначе.

— Не слишком ли радикально ты собираешься действовать? Все-таки большая часть масанов являются нашими подданными, им может не понравиться очередная бойня.

— Именно поэтому я дистанцируюсь от происходящего, — улыбнулся Сантьяга. — Темный Двор не вмешивается во внутренние дела семьи Масан.

— Это тоже подозрительно.

Деятельный характер комиссара был широко известен, а потому подчеркнутая пассивность могла показаться наблюдателям странной.

— Молчать я собираюсь только на первом, самом кровавом этапе, — объяснил Сантьяга. — А когда основные бои останутся позади, выйду на сцену и примирю оставшихся в живых.

— Они достаточно опытны, чтобы не оставлять следов.

— В жизни есть место случаю.

— В Кортесе я уверен, — неожиданно жестко отрезал Сантьяга.

— Хорошо. — Князь помолчал. — Все остальные действия будут предпринимать масаны?

— Масаны Саббат, — уточнил комиссар.

— Твои масаны Саббат.

— Неужели ты не мог использовать только их? Если Кортес провалится, все поймут, что операцию проводит Темный Двор.

— Вы забываете, что речь идет об устранении двух истинных кардиналов. Яна справится. Масаны… не уверен.

— Гиперборейская ведьма… Ты всегда был предусмотрителен.

— Это похвала или констатация факта?

— В таком случае я возмущен.

Под капюшоном вновь хрюкнуло, но на этот раз насмешливо.

— Помоги мне подняться.

Комиссар подошел к креслу и подал повелителю руку, в серый рукав вцепилась когтистая лапа, но повелитель Нави не стал вставать на ноги. Он заставил комиссара чуть склониться и громко произнес:

— Когда-то мы думали, что мир принадлежит нам, а потом узнали первую тайну Ключа Трех Рас. Ты помнишь, чем это закончилось?

— Мы разрушили империю асуров. — Глаза Сантьяги сверкнули.

Многие жители Тайного Города уверяли, что ненависть навов к первым разумным обитателям Вселенной бессознательна, что она возникает где-то на генетическом уровне. Они не ошибались.

— Мы разрушили империю асуров, — кивнул князь. — И снова поверили, что мир принадлежит нам. А потом потеряли свою империю.