Брат жениха. Он хочет меня

Но вместо этого я проведу вечер в компании Любы и вина.

Закончила с коробками на сегодня, подготовила одежду к завтрашнему дню и вышла к подруге в кухню.

— Спагетти будешь? И сосиски.

— Давай, — улыбнулась я.

Уже давно не приходилось есть такую простую и домашнюю еду. Особенно сосиски. Марк меня совсем избаловал своими устрицами и рукколой. Но, впрочем, и сосиски мне кажутся вполне аппетитными после рабочего дня и таскания коробок по лестницам — Люба живет на четвертом этаже пятиэтажного дома… И фитнеса не нужно после пробежек по пролётам. Основную часть коробок принес Марк, но и я тоже побегала изрядно. Марк… Опять сердце больно кольнуло при мысли о нем. Правильно ли я поступила? Ведь нас тянет друг к другу, нам было сложно расстаться. Может, Марат — глупое и досадное недоразумение, и я бы вскоре забыла о нём, а с Марком поторопилась рвать отношения? Что бы Люба ни говорила, а я это изменой не считаю. У нас не было секса. Но всё же я виновата перед своим женихом. То есть — бывшим женихом… Пока не получается думать даже в своей голове о нём как о чужом. Наверное, мне потребуется время, чтобы разобраться с собственными чувствами.

— Кетчуп, — пододвинула она ко мне бутылку с соусом.

— Спасибо, — взяла я ее и налила кетчуп на сосиску."

"Почти студенческий ужин. Как в старые добрые времена, когда мы с Любой снимали одну квартиру на двоих. Приезжали с пар и варили сосиски — быстро и вкусно. Уже после окончания университета ее родителей не стало, и квартира семьи полностью отошла Любови.

— Нашла вино, — сказала Люба, после того как наши тарелки опустели.

— Тащи, — махнула я рукой.

Хоть немного расслабиться и отвлечься от этих бешеных дней. А может, и попытка сбежать от себя. Только никто пока еще этого сделать не смог. Куда бы я ни пошла, себя всегда беру с собой… Как и эти дурацкие мысли о том, что зря порвала с Марком. Может, ничего бы он и не узнал. А я бы со временем забыла Марата и его прикосновения.

А вот Марата вспомнила зря. Щеки запылали от стыда, а по коже пробежали мурашки, когда я вспомнила, как меня ласкали его большие руки и как смотрели с вожделением его серые глаза… И как мне всё это нравилось, хотя я никогда и никому в этом не признаюсь.

Тряхнула головой. И чего меня к нему потянуло только? Сам того не зная, разрушил мою жизнь, чёрт бородатый. Сексуальный, притягательный, безумно красивый и харизматичный чёрт с галстуком. Пошёл ты, Марат! Выйди вон из моей головы. Тебя сюда никто не звал.

— Наливай, — сказала я Любе, и она откупорила бутылку с вином. — Завтра на работу, но помирать — так с музыкой!



5.

От усталости осилила только несколько бокалов, а это моя убойная сонная доза.

— Так, я спать, — зевнула я, прикрывая рот рукой.

— Давай-давай… — ответила мне уже в спину Люба.