Замок княгини

О, если бы все драконы знали, насколько они понятны безмолвным! Может, когда-то знали, поэтому Изумрудные и жили отдельно?

Старший Дьян нашёл взглядом Кантану, посмотрел внимательно:

— Ты Виаланна. Откуда ты прилетела?

— С юга, Хозяин, — сказала она наугад, и добавила к словам легкую волну доброжелательности и уверенности. — Хочу побывать на празднике.

Старый дракон кивнул и не стал больше расспрашивать. Кантана легко добилась, чего хотела — она ему понравилась.

— Будь как дома, — сказал он. — Ты с рождения не слышишь соддийскую речь? Прости любопытного старика, не хотел огорчать.

— Да, с рождения, — ответила она с улыбкой, добавив доброжелательности, чтобы уж наверняка. — Я привыкла, Старший Дьян.

Она ощущала себя не вполне Кантаной, и не вполне Даннидирой. Быть прежней Кантаной уже не получится — она слишком много знает…

Ей не нужно лишнее. Осмотреться тут и улететь. И она не может разговаривать, как они — о равенстве уже поэтому речь не идет. А старик — бывший князь, черный, опытный вожак. Подчинить такого своей воле она не сможет никогда. Самое большее — немного понравиться, и не вызывать ненужных вопросов. Кажется, ей это удалось.

— Даннидира мечтает потанцевать с Дьяном, он когда-то ей обещал, — говорила меж тем Сандира.

Кантана вздрогнула, а одна из Аметистовых девочек смущённо засмеялась.

Её тоже звали Даннидирой!

— Разве нельзя, тем более он обещал? Я хочу всего лишь танцевать с ним на празднике!

— Можно и нужно! Я бы и сам потанцевал с такой красоткой! — старик тоже засмеялся, сам же взглянул на Кантану одобрительным мужским взглядом. — А где твой муж, девочка? Почему ты одна?

Это был ненужный вопрос.

— Мы с ним встретимся на празднике, — ответила она.

— Говорят, князь взял себе женщину в Итсване? Причём с благословения императора? — сказала Аметистовая.

Теперь старый дракон дохнул негодованием:

— Что нам за дело до женщин из Итсваны?! Если родит — хорошо. Это всегда пожалуйста. Только вряд ли семя Дьянов прорастёт в этом лоне!

Кантана не заслонилась вовремя, и её больно ударила ненависть и боль старика. Даннидира спохватилась и заслонилась — Кантана даже не поняла, что именно она сделала, чтобы закрыться не от всех, а от одного. Что ж, нелишнее умение.

Значит, Старший Дьян глубоко недоволен их с князем браком. Собственно, Аметистовая выразилась иначе и вернее: князь взял себе женщину. И только. И как бы Кантане не хотелось иного, Даннидира это понимала.

— Внук получил кусок Итсваны и девчонку в придачу, вот и всё! Будьте как дома! — добавил старый дракон уже спокойнее, показал на щедро накрытый стол, а сам встал и вышел.

А Кантана увидела за другим концом стола ниберийку Шалу, и подошла к ней, села рядом.

— Знаешь, это и правда я тебя расколдовала, — сказала она.