Артефактор. Книга 9. Ключи мира

— Вы в порядке? — забеспокоился я.

— Если бы… — устало ответил Баталов. — Но лекари тут не помогут. И ещё раз прошу прощения, что-то я совсем из колеи выбит.

Мощный выплеск энергии заметно его вымотал, но в общем состояние мужчины не было критическим. Проверив это силой жизни, тревожиться я не перестал.

Что могло так вывести из себя главу конторы, чтобы он потерял контроль над даром? А раз уж это произошло после упоминания Николая, то дело дрянь. Роман Степанович явно ощутил мои эмоции и снова слегка напрягся:

— Вы можете объяснить, почему интересуетесь капитаном Головиным?

Понимая, что происходит нечто серьёзное, я всё рассказал без утайки. Впрочем, скрывать мне было нечего, никаких иных желаний, кроме как найти друга, у меня не было.

— Невеста потеряла… — нахмурился Баталов после моего рассказа. — Что же, похоже на правду. То, что я вам сейчас скажу… Подождите.

Он замолк, поднялся и вышел за дверь. Вернулся через пару минут с артефактом, от которого фонило так, что мурашки по спине пробежались. Древняя вещица. Обычная с виду фигурка человека с закрытыми ладонями ушами, выполненная очень схематично. Но зато суть передавала отлично — защита от подслушивания.

— Так вот, — начал он после активации устройства.

— Подождите, а подписать бумагу? — напомнил я ему правила.

— Ах да, — болезненно улыбнулся Баталов и принялся рыться в ящике стола.

Совсем беда, раз про такое забыл… Ладно, в прошлую нашу беседу тема была не столь и секретная. Но тут явно что-то выходящее за рамки. Раз уж Баталова вывело из себя.

Когда с формальностями было покончено, Роман Степанович ещё какое-то время молчал. То ли решал, о чём лучше недоговорить, то ли пытался собрать всё воедино.

Я же был бы рад вообще любой информации, хоть неполной. Тревога нарастала.

— Чертовщина, Александр Лукич. Одним словом, чертовщина какая-то произошла. А начиналось всё так хорошо…

Баталов явно ничего не утаивал. Вывалил на меня все подробности секретной миссии. Видимо, и правда устал разбираться. И было отчего.

В связи с помолвкой императорского наследника союз с северянами был делом решённым. Оставалась сущая мелочь — спорные земли. В общем-то, не столько спорные, сколько ничьи.

Такой статус земли, лежащие на границе двух государств, имели испокон веков. Границы менялись, а вот места те так и оставались ничьими. Жил там народ, совершенно не желающий вступать под чьё-либо правление. И так успешно они отбивались от силовых способов урегулирования этого вопроса, что со временем перестали их трогать.

При этом никто не понимал, как именно народ тот отбивается. С виду дикари дикарями — быт простой, вооружения нет, жизнь ведут затворническую, занимаясь охотой и собирательством. Торговлей с соседями не интересуются и вообще никого не пускают к себе.