Двойной латте в дождливый день

При виде меня он приветливо улыбнулся, словно заглядывать в гости к моим родителям на выходных – для него привычное дело.

Я приросла к дивану и не могла даже пошевелиться. Висок будто сверлили перфоратором, так пристально смотрела на меня мама, и я, внутренне сжавшись, повернулась к ней:

– Миссис Харт, это вам, – Рэйден протянул ей букет из хризантем. – А это тебе, Айви.

Я машинально приняла букет с альстромериями. Он запомнил мои любимые цветы!

– Простите, что пришел без приглашения, мистер Такер, миссис Харт. – Рэйден держался так легко и непринужденно, что мне стало даже немного завидно. – Меня зовут Рэйден Валериан Адам Вэнс. Можно просто Рэй. Я друг вашей дочери.

– Чем я могу быть обязана, Рэй? – с прохладцей в голосе спросила мама. – Присаживайтесь.

Рэйден опустился в кресло, стоявшее напротив дивана, и четко произнес:

– Я пришел просить разрешения ухаживать за вашей дочерью.

– Что? – мама выгнула брови, и даже ее каменная холодность сменилась растерянностью.

Рэйден продолжал сидеть в непринужденной расслабленной позе. Он прямо-таки лучился уверенностью.

– Мне очень нравится ваша дочь, миссис Харт, но для нее важно ваше мнение и одобрение, поэтому я здесь. Вы позволите мне встречаться с Айви?

Я сжала букет с такой силой, что один из стеблей хрустнул и по моей руке потек сок. Я боялась, что мама сейчас швырнет цветы Рэйдену в лицо и выгонит из дома, но вместо этого она обратилась ко мне:

– Айви, поставь цветы в вазу и приготовь гостю чай. – Она отдала мне букет, а затем перевела строгий и цепкий, как у коршуна, взгляд на Рэйдена: – А вы, молодой человек, прежде чем просить разрешения встречаться с моей дочерью, расскажите о себе. Грег, подойди к нам, оценишь этого юношу как мужчина.

От волнения у меня скрутило живот. Я бросила убийственно-страдальческий взгляд на Рэйдена, а этот наглец посмел мне подмигнуть. Казалось, он вообще не нервничал.

Пока я возилась на кухне с чашками (одну из них я случайно разбила, потому что руки не слушались), из гостиной доносились тихие голоса.

– Чем занимаются твои родители в Нью-Йорке? – спросила мама.

– У отца юридическая фирма, а мама заведует благотворительным фондом.

Услышав ответ Рэйдена, я разбила вторую чашку. Своя юридическая фирма? Благотворительный фонд? Раньше я даже не задумывалась о его материальном положении, но сейчас детали, на которых я никогда не заостряла внимания, обрели смысл. Дорогие часы и гаджеты, брендовая одежда и обувь, поездки в Европу – такое не мог позволить себе подросток из обычной семьи.

Это все значительно усложняло. Мама точно будет против. Я старалась даже не допускать дурных мыслей, но страх уже подбирался ко мне маленькими, но уверенными шагами.