Двойной латте в дождливый день

Тебе стало резко плохо без причины? Или что-то этому предшествовало?

Рэйден погладил меня по волосам, заплетенным в свободную косу.

В синей больничной сорочке, с бинтом на голове и с этой дурацкой косой я наверняка олицетворяла собой антоним слова «сексуальность», но сейчас мне меньше всего хотелось думать о своем внешнем виде.

– Я не знаю, почему так случилось. – Врать Рэйдену оказалось гораздо сложнее, чем маме.

– Родная моя, – ласково прошептал он и потерся кончиком носа о мой.

Это стало последней каплей. Броня, которую я натянула на себя, чтобы не раскрыть чувства перед мамой, треснула, и по щекам потекли слезы.

– Эй, детка, что с тобой?

Я сильнее сжала губы, но все равно не смогла сдержать судорожный всхлип.

Рэйден тут же сбросил обувь и лег рядом со мной на кровать, притянув в свои теплые объятия. Я уткнулась лицом ему в грудь и наконец-то дала волю эмоциям. Он осторожно поглаживал меня по волосам и спине, целовал в макушку и шептал всякие нежности, пытаясь меня успокоить. Как бы я хотела, чтобы он пролежал со мной вот так всю ночь.

– Ну ты чего, Кнопка? Все будет хорошо, не плачь. – Он отстранился и пальцами приподнял мой подбородок.

– Прости, я очень испугалась, – честно призналась я, зная, что он растолкует мои слова иначе.

– Все будет хорошо, родная, такое иногда случается, когда мало отдыхаешь. Врач пропишет тебе витамины для восстановления сил, или что там обычно делают в таких случаях? – Рэйден мягко улыбнулся, и мне стало легче от его слов.

– Ты лучше всяких витаминов. – Я снова уткнулась лицом ему в грудь. – Расскажи мне что-нибудь веселое.

– Веселое? – переспросил он. – Ну, слушай. Однажды мой брат-придурок Уилл, будучи мелким сопляком, на дне рождения нашего дяди попробовал бренди втайне от родителей, а потом уснул в туалете, заперевшись изнутри. Но самое веселое в том, что мне очень приспичило в туалет, и я, не придумав ничего лучше, помочился в какую-то старинную китайскую вазу. Это увидела жена дяди. Потом она несколько лет звала меня писающим мальчиком.

Я тихо захихикала и почувствовала приятную вибрацию от смеха в груди Рэйдена.

– Ты единственный парень, который решился рассказать подобную историю своей девушке, пока они лежат в одной кровати.

– Зато моя девушка смеется, хотя еще минуту назад плакала. Ради этого я готов раскрыть все позорные подробности моей жизни.

Я не успела ответить, потому что возле двери раздались шаги, и Рэйден быстро вскочил с кровати. Вряд ли медицинский персонал обрадовался бы, увидев, как мы тут обнимаемся.

В палату вошла медсестра, чтобы поставить капельницу, и попросила Рэйдена уйти, потому что время посещения закончилось.