Идеальный вальс

Итак, они слегка продвинулись вперед, благодаря кормлению уток.

– Ах, я вижу, что утки также обучают и вас, мистер Рейн, – раздался голос позади него. – Они требовательные создания, не так ли?

Это была мисс Мерридью и смотрелась она восхитительно в зеленом муслиновом платье и зеленом с белым пальто, отделанным галуном на русский манер в модном военном стиле. Но на ней оно менее всего походило на военное. На ее кудрявой головке очаровательно сидела небольшая шляпка, отделанная все тем же золотым галуном с красным пером.

Она улыбнулась ему с искренней теплотой, от чего у него сразу же перехватило дыхание.

Он стоял и смотрел на нее, внезапно онемев, в горле пересохло от желания.

– Как дела, мистер Рейн, – с прохладцей произнес другой голос, выведя его из транса. Внезапно он понял, что перед ним стоят обе мисс Мерридью в сопровождении красивого ребенка с волосами красного золота, а лакей-грум держит тростниковую корзинку.

Он разрывался между противоречивыми эмоциями. Прошло одиннадцать дней с тех пор, как он видел мисс Мерридью на концерте.

Одиннадцать драматичных дней сплошного беспокойства, и все же, несмотря на это, он скучал по ней.

Но он вовсе не хотел, чтобы его сестры встречались с какими-либо людьми, особенно с людьми из общества, кроме Джайлса, который знал о них, и леди Элинор. По очевидным причинам. Касси и Дори не были готовы к общению с другими людьми. Им необходимо было время, чтобы почувствовать себя в безопасности, чтобы узнать, как вести себя в компании.

Мисс Хоуп одной рукой обняла за плечи красивую девочку и слегка выдвинула ее вперед.

– Мистер Рейн, это – наша сестра Грейс. Грейс, это – мистер Рейн.

Маленькая девочка сделала реверанс и застенчиво спросила:

Ей приблизительно одиннадцать или двенадцать лет, подумал он, когда приветствовал ее. Она с радостным ожиданием посмотрела на его сестер.

Проклятье, проклятье, проклятье! Он понятия не имел, знали ли его сестры, как вести себя с другими детьми. Именно поэтому он приехал в парк в такой неурочный час и остановился в самом отдаленном уголке у пруда.

Теперь три женщины из высшего общества, окружив их, улыбались его сестрам, и не было никакой возможности спастись, поскольку мисс Хоуп заговорила:

– А эти две молодые особы?..

Себастьян не знал, что сказать. Если бы он представил их, то Касси наверняка бы нагрубила, а Дори выглядела бы как чудачка, которая не желает разговаривать. Спустя несколько дней все высшее общество узнало бы об этом, а Себастьян не мог этого допустить.