Идеальный вальс

Могу я предложить вам поехать с нами?

Вся в мыслях о плане по обнаружению причины поведения девочек, Хоуп собиралась согласиться, когда услышала, как Фейт сказала.

– Спасибо, нет. Мы предпочитаем пройтись.

– Очень хорошо, значит, прощайте, леди. Девочки, реверанс.

Девочки присели в реверансе, и Касси мило поблагодарила их за прогулку. Пока они смотрела, как эти трое быстро направлялись к ближайшему выходу, внезапно Хоуп пришло в голову, что она никогда не видела, чтобы Себастьян Рейн касался своих сестер на людях. Кроме того случая, когда он вытащил Касси из воды, он никогда не держал их за руки, и не шел с ними под ручку.

Он только иногда мог потрепать их по головам.

Дедушка тоже никогда не прикасался к своим внучкам. Только бил их.

Она смотрела, как они уходят, разрываясь между противоречивыми чувствами.

– Пошли, Хоуп, идем домой, – тихо сказала сестра.

– Мы ничего не знаем наверняка, – быстро заметила Хоуп. Фейт не высказала вслух свое обвинение, но она знала, о чем думала ее близняшка.

– Нет, у нас нет доказательств.

Двадцать минут спустя, пока они в молчании шли домой, элегантный зелено-черный экипаж проехал мимо них.

Правил мистер Рейн. На запятках стоял грум в ливрее. Возле мистера Рейна сидела леди Элинор Уайтлоу.

Они наблюдали, как экипаж завернул за угол.

– Его важная деловая встреча, – подколола Фейт. – Интересно, она в курсе, что он относится к ухаживанию за ней, как к деловому вопросу?

Я... выбрал жену так, как она выбрала себе подвенечное платье, не за блестящий внешний вид, а потому, что она прекрасно подходит.

– Я так рад, что вы решили сопровождать меня сегодня утром, леди Элинор, – Себастьян перевел лошадей на медленную рысь, когда они заехали на узкую, вымощенную улочку в восточной части города.

Это, конечно, были не трущобы, но и не та часть города, где он ожидал встретить кого-то вроде леди Элинор. Неудивительно, что она взяла с собой лакея, а не служанку. Он немного поразмышлял. Она казалась такой склонной к строгому соблюдению приличий особой. Но лакей мог защитить так, как служанка не смогла бы.

На ней снова было серое. Серое платье, серая ротонда, серая шляпка. Все просто скроено, без всяких украшений.

Леди Элинор изящно кивнула в ответ на его слова, осторожно отодвинувшись от него, пока они поворачивали за угол.

Она все время так поступала, избегая даже малейшего прикосновения к его плечу, вне зависимости от того, как сильно покачивался экипаж. Это могло быть проявлением приверженности правилам приличия, но Себастьян подозревал, что ей просто не нравились прикосновения. И это усложняло ухаживание, но не было настоящим препятствием к тому браку, к которому он стремился. Он собирался жениться по практическим соображениям, а не из-за страсти.

Он вдруг подумал о Хоуп Мерридью.