Не твой сын (СИ)

Женщина сначала напряженно затихла, потом спросила:

- Что будет?

- Нормально все будет, - проговорил он, а потом вдруг добавил: - Я устал, хочу взять отпуск. Уедем куда-нибудь на неделю. Ты, я и Алсу.

С тех пор как Алишер стал главой клана, он еще ни разу не брал отпуск, работал. А тут достало все. В конце концов, небо не упадет на землю за неделю его отсутствия. Он выпустил из объятий жену и сказал:

- Завтра все решу.

***

Когда Анна уехала, Батуров так и остался стоять, глядя вслед ее машине и осмысливая.

- Вадим Евгеньевич… - раздалось рядом.

Вадим очнулся. Перед ним стоял один из телохранителей Анны. Он нахмурился, а тот взглядом показал на гаджет Анны, который он держал в руке:

- Можно? Я передам госпоже Муратовой.

Вот тут он очнулся окончательно.

- Я сам передам, - проговорил жестко и направился к своей машине.

Первым побуждением было догнать ее и объяснить, что все не так, а его кто-то подставляет. Потом подумал, что он сейчас не в лучшем виде, расхристанный, грязный, мокрый. Метнулся в отель, быстро принял душ, переоделся в деловой костюм и сразу к ней.

В особняк его не впустили, он отдал гаджет телохранителю и уехал.

Похоже, личная охрана нужна ей не для защиты, а для того, чтобы отгораживаться от него. Хотелось позвонить ей и сказать:

«Не надо, Аня. Не думай, что я исчезну».

Но он сдержался."

"А завтра предстоял его первый официальный рабочий день.

глава 30

Сказать, что Анну неприятно поразила вся эта ситуация с телефонным звонком, - ничего не сказать. От нее осталось липкое ощущение грязи на коже. И даже потом она не могла от него избавиться.

Хуже всего было, что в тот момент она на какую-то долю секунды ощутила себя обманутой. Как если бы любила этого человека и верила ему. И вдруг ей вывалили его грязное белье.

Единственным желанием было откреститься. Сказать себе: «Очнись! Он тебе никто».

Что она и сделала. Но в первый момент было больно. Так больно, что ей не хотелось его видеть. И даже спустя несколько часов, когда Вадим приехал, она не вышла. И на гаджет свой, что он передал через телохранителя, не могла смотреть. Испытывала непреодолимое желание его вымыть. Казалось, и к нему прилипла эта несмываемая грязь измены.

Измены? Она сказала это про себя?

Бред. Да, у них когда-то были отношения. Или она думала, что были. Неважно. Потом он решил жениться, и все на этом. Проблемы не нужны. Умерло. Ушло.

Анна НЕ хотела вспоминать ничего из того, что у них было, а ту встречу на юбилее Ильи - тем более!

Глаза его дикие, ничего человеческого, только какой-то безумный голод.

- Стой, Аня, - тихое рычание, какое-то мягкое. - Стой…

Дыхание шумное, тяжелое. Никого в коридоре, только они. Все замедлилось, воздух на миг застрял в легких. Как наваждение.