Карма. Том 1

Вожак сделал еще несколько холостых подскоков, удовлетворился паникой во вражеских рядах и бросился догонять самку с мальками.

– Откуда он тут взялся? – ахнула Лиза.

– Прибежал по следу, как и мы.

Киборг потрепал присоединившегося к ним Пса по башке, счищая засохшую грязь. На собачьей шерсти она раздражала не меньше, чем в собственных волосах.

– И чего ему не сиделось в пруду с остальными?

– Может, это его любимая жена? – предположил Кай, снова углубляясь в толпу.

Как загонять в ней сразу двух рыб, одна из которых активно нарывается на уху, друзья пока не придумали и просто бросились вдогонку, надеясь изобрести что-нибудь в процессе.

Ситуация продолжала накаляться – если рыбоматка мчалась куда глаза глядят и посетители барахолки поскальзывались и падали, можно сказать, добровольно, то вожак активно помогал им освобождать дорогу. Кай надеялся, что сомики в конце концов выскочат с другого края барахолки, а там уж пастухи отгонят их подальше и завернут-заманят в сторону пруда, но тут сомиха увидела «холм» приятного болотного цвета с такой соблазнительной черной норой, что рыбу не смутил даже стоящий у входа змеелюд. Стайка юркнула в шатер между дугообразно расставленных лап ксеноса, а когда тот опрометчиво их сдвинул, произошло неизбежное, и вожак пробежал по уже рухнувшему телу, закатав его в слизь и сверху.

Кай с Лизой остановились как вкопанные. У киборга был сканер, Лизе вполне хватило фантазии.

Шатер задрыгался так, будто его хозяева и гости галопировали по стенкам друг за другом – что мало отличалось от истины.

Змеелюд рывком перевернулся и прямо на четырех лапах, как крокодил, забежал внутрь.

Веселье усугубилось.

– Слушай, я тут подумала, – Лиза сказала это таким обыденным тоном, словно они с Каем стояли перед свежеотдраенным аквариумом, наблюдая, как выпущенные из банки рыбки суматошно мечутся по обновленным угодьям. – Может, аммам и тех сомиков хватит? В конце концов, они с нами тоже не очень честно поступили…

Кай кивнул, ухватил подругу за руку, и друзья помчались сквозь барахолку поперек рядов, слаженно прыгая через клеенки.

– По-моему, тебе не стоит пить столько джин-тоника, – укоризненно сказала Иветта, подавая сидящей в кресле Молли уже третью банку.

Подруга хмуро щелкнула крышкой. Она охотно перешла бы на что-нибудь покрепче, но такого друзья точно не поймут.

– У меня нога болит.

Молли мрачно уставилась на ногу, уложенную на табурет с мягким верхом. Теперь никто не усомнится, что она действительно страдает: лодыжка распухла вдвое и зловеще посинела.