Лесная ведунья 3

— Угу, бывает, — эхом отозвались вампиры, на всякий случай сделав шаг от меня подальше всем своим вампирским строем.

А собралось их тут немало, тысячи три, не меньше.

А потом грянул гром.

Они ударили там, где никто не ждал — на востоке.

Внезапно, быстро и жестоко.

Четыре чародейки и четыре чародея.

Даже действуя не в полном составе, где двенадцать пар требовалось, они сумели пробить защиту моего леса Заповедного и опуститься наземь, невредимыми и неуничтожимыми.

Я ощутила каждого из них черным провалом на яркой залитой солнечном светом картине своего леса — везде в Заповедном для меня был свет, а там где опустились эти восьмеро — нет. Восемь черных провалов, поглощающих даже мой свет. Страшно и странно — я никогда не думала, что подобное возможно, возможно в принципе. С ними ведь даже ведьмака не было, впрочем ведьмак больше одного провести бы не смог, а тут восемь чародеев.

— Валкирин! — Гыркула ко мне подбежал, да тронуть не решился. — Что случилось?

Ему-то чародеи были невидны, от них до нас почитай полдня ходу, если пешком идти. А если по тропе заповедной тогда столько, сколько я захочу. Только вот в чем проблема — чародеи моему лесу урон нанести могли, деревья поломать, зверье покалечить, а то и зажечь огонь негасимый. Я с таким никогда не сталкивалась, но читать о нем доводилось… Справлюсь ли?

— Валкирин… Веся? — Гыркула нервничал, от того что не ведал, а неведомое завсегда пуще известного страшит.

— Хорошо все, — солгала, глазом не моргнув.

Просто глаза были крепко зажмурены, все пытаясь заглянуть в темень, восемью фигурами свет поглощавшими. И для пригляда за ними глаз да глаз требовался — боялась я их, каждого шага их неверного… Да пока не до них.

«Мудрый ворон, следи!» — приказала соглядатаю верному.

Он в лесу этом Заповедном давно, от того и не совсем птица, магии в нем тоже хватает. И поднялся ворон на крыло, полетел, куда указала, а мне другим заняться следовало.

И прижав ладонь к земле сильнее, запела-зашептала, магию леса пробуждая:

И сила заструилась от ладони к земле, устремилась сотнями побегов, тысячами корений разрастаясь под землей, заставляя все вокруг сиять ярким зеленым светом — светом моей силы, которую я отдавала лесу.

Отступил Гыркула. Я не стала останавливать, мне отрываться нельзя было, никак нельзя.

Я безжалостна, и вас ждет крах.

Удар ладонью по земле, почти неощутимый здесь, на поляне перед избушкой, но отозвавшийся гулом потревоженной почвы во всем лесу. И корни света, проросшие из моей руки, взвились миллионами побегов, освещая весь мой лес, мои болота, горы, территории, поселения, заросли, поляны и свежепосаженные сады ярким зеленым светом.

И скрыть это не удалось.