Мост через огненную реку

Самое лучшее – командовать полком, а дальше одна маета…

Они еще постояли, молча глядя на ночной город, залитый лунным светом.

– Красиво. Люблю Трогартейн. Хотя из гостиной дома Шантье вид был получше… – сказал Святой Ульрих.

– А ты бывал там? – встрепенулся Энтони.

– Приходилось. Забавно, надо же, как сплетаются дороги судьбы. У меня ведь тоже был друг – маркиз Шантье. Сколько мы там вина выпили, в этой гостиной! Жаль дома, он хороший был, теплый…

– Ничего, еще будет! – выпрямился и вскинул голову Энтони. – Главное, что хозяин жив, а дом построим не хуже прежнего. А шкаф с его любимым балийским хрусталем я ему на новоселье подарю.

– Дело хорошее. Хотя ему и не нужно. Но все равно подари…

– Знаешь, пусть ты и святой, – возмутился Энтони, – но Рене я все же лучше знаю!

– Конечно, лучше, – не стал спорить святой. – Но всю эту красоту он держал для вас. Потом – для вас, а сначала – для тебя. Ты, когда всех потерял, был такой несчастный и бесприютный, так тянулся хоть к какому-нибудь теплу. А Рене заметил, что тебе нравятся всякие безделушки, и стал отогревать, как умел. Так дальше и пошло…

– А я ведь тебя даже не поблагодарил за него… – потерянно сказал Энтони, – ты так быстро ушел…

– Это ничего, – улыбнулся Ульрих. – Если ты что-нибудь захочешь мне сказать, просто скажи, и все. Я услышу…

Они еще помолчали, потом Энтони, нахмурившись, проговорил:

– Можешь быть, подскажешь, как избавиться от Хозяина? Исповедь от него не помогает. Он ко мне перед свадьбой приходил, сразу после покаянной недели. Ничего не требовал, ни к чему не склонял. Просто так приходил, мстил, издевался…

– Э, нет… «Просто так» он ничего не делает, все его действия имеют смысл. На этот раз ему нужно было разлучить вас с Александрой.

– Он что, думал, тогда я повернулся бы к нему?

– А кто говорит о тебе? В этот раз он боролся не за тебя.

– За Сану? – Энтони похолодел, сделал было движение к окну. Святой засмеялся.

– Успокойся, кто ее теперь тронет… А вот если бы не ты, что бы с ней стало, как полагаешь?

Энтони пожал плечами.

– Догадаться нетрудно. Покрутилась бы еще немного в Трогартейне, а потом вернулась к отцу.

– Вот именно. Только ты не все знаешь. Ты не знаешь, какие планы были у Монтазьена относительно будущего Саны. Он ведь готовил из нее себе замену.

– А мне говорили, что в третий круг женщин не допускают…

– Милорд, да при чем тут мейерские снобы? Монтазьен – магистр высшего круга церкви Князя Огня, один из пяти его наместников, и для него что мейерские братья, что козлики, что маги с алхимиками – все они значат одинаково, не более, чем вороны или крысы.