Назло громам

Блондинка с бесстрастным лицом подобрала партнера, и они продолжили свой танец. В следующий раз апаш чуть не упал на стол, за которым сидела упитанная пожилая пара в вечерних костюмах.

Филип Ферье, в слегка помятом белом смокинге, пробирался сквозь толпу.

— Никакого телефонного звонка не было, — остановил его Брайан, взяв за руку. — Мне надо поговорить с вами наедине.

— Но послушайте! Одри там осталась одна!

— Ну и что такого? Это же вполне респектабельное заведение.

— Может быть, и так, — резко ответил Филип, поправляя галстук, — но это не то место, куда приводят свою девушку, — разве только если она настаивает.

А вдруг кто-нибудь подумает, что она участница шоу, и предложит ей поехать к нему домой?..

— Вот об этом не стоит беспокоиться.

— Послушайте, а что, собственно, случилось? В чем дело?

— Дело — хуже некуда, — ответил Брайан.

— Убийство. — Последнее слово ему пришлось прокричать, потому что в этот момент апаш упал физиономией вниз, умудрившись опрокинуть полдюжины стаканов. Жара, сомнение, неуверенность — все сплелось с ритмом музыки. — Нет, пока еще никого не убили, — поспешил добавить Брайан, — но готовятся, и я не знаю, кто станет жертвой.

Паулу Кэтфорд и Джералда Хатауэя убедили или, точнее, им бросили вызов, предложив сегодня же ночью переехать из отеля на виллу «Розалинда». Я же хочу попросить вас о большом одолжении: извинитесь перед Одри и скажите, что вас срочно вызвали. Мне хотелось бы, чтобы вы ушли отсюда прямо сейчас и позволили мне проводить Одри обратно в отель.

— А вам не кажется, что вы, черт побери, хотите слишком многого, а?

— Да, вы правы. И тем не менее, если вы, как мне показалось, дорожите этой чертовой ненормальной девчонкой, то согласитесь.

— Послушайте, но я не могу оставить ее здесь, даже если бы захотел. Если это так важно, я могу пойти вместе с вами!

— Нет, это невозможно. Я хотел бы поговорить с ней наедине.

Филип покачался, словно бы раздавливая что-то подошвами туфель.

— Знаете что, — начал он, — если бы я не знал, что вы одного возраста с отцом Одри…

— Ну, видите ли, это не совсем так. — Брайан почувствовал, что произнес эти слова излишне громко. — Давайте отойдем, вы не против?

Чуть в стороне от общего шума можно было говорить спокойнее.

Брайан пригласил своего собеседника пройти дальше вдоль стойки бара, где зрители, стоя на перекладинах высоких табуретов, смотрели на представление через головы других зрителей. Остановившись в конце стойки между ее углом и окном с тяжелыми шторами, выходившим на улицу, Брайан продолжил:

— В любое другое время я, может быть, и посоперничал бы с вами, но не теперь. Сейчас Одри интересует меня не больше, чем… чем Паула Кэтфорд.