Нерушимый 7

Налила себе и мне молока, быстренько пожарила омлет с сыром, в процессе подъедая колбасу. Мы поели, и она ушла, и появилось ощущение куда более ужасное, чем головная боль: чувство утраты росло, ширилось в душе, словно яма под лопатой землекопа. Я потерял и продолжаю терять…

Так, стоп! Сам Микробу рассказывал про эндогенный наркотик дофамин. То, что произошло между нами с Дариной, спровоцировало выброс дофамина, и меня теперь ломает. Но разве не это любовь? Ну, или младшая ее вредная сестра Страсть?

И откуда столько мудрости и выдержки в юной девушке? Или это и есть любовь — научиться отпускать? Вот только я был уверен, что теперь никуда ее не отпущу, потому что наконец все правильно сработало: идеальная девушка пробудила во мне чувство, пусть и таким способом, и я смогу повторить отношения, которые были у нас с Аленой.

Когда Дарина ушла, у меня разболелась голова. Не так, как вчера. Это была тупая ноющая боль. И настроение испортилось, потому что ломка.

К вечеру позвонил Лев Витаутович, отчитался, что взяли парня, который меня ударил. Как его вычислили? Да просто: сработала программа, анализирующая записи с разных камер и находящая совпадения. Два странных болельщика наблюдались на пресс-конференции. Потом они же ошивались возле культурного центра и сдвинулись с места, только когда мы отправились в «Че». Возле спортбара толклись среди болел, на не подходили общаться или за автографом. К ночи один остался у центрального входа «Чемпион», второй пошел к черному.

У первого не хватило ума отойти подальше, он так и топтался у «Че» в одиночестве и явно скучал, потом ответил на звонок и убежал. Все это происходило, когда я провожал Дарину.

Ну и не повезло преступникам: одного из них запомнила соседка, когда он стоял на лестнице и ждал второго. Программа, распознающая лица, определила их личности, оба были из Ростова-на-Дону и приезжали на один день.

Без участия телепата из БР, Нины, на разработку ушло бы больше времени.

При обыске у того, кого опознала соседка, обнаружились подарочные часы с автографом Горского, их на следующий день вернули мне. Исполнителя прижали, и он сдал подельника и заказчика, которым оказался начальник команды «Ростсельмаш».

Все проще простого: иногда голубые занавески — это просто голубые занавески, за которыми нет заговора, убийц одаренных и следа западных партнеров.

Футболисты «Ростсельмаша» и тренер оказались не в курсе темных делишек начальника команды, потому санкциям не подверглись, но скандал разгорелся нешуточный. Виновника сразу же задержали, завели уголовное дело.

Мне же было не до того. Я писал Дарине, желая снова к ней прикоснуться, как наркоман желает дозы, но она отвечала всегда одинаково: «Неделя еще не прошла».

Неделя пройдет, когда наши отыграют с «Локомотивом».