Открывашка и пробой

У округов относительная автономия, но федеральным законам подчиняются все.

В принципе, как и в моем мире, только штаты другие, получается. Когда солнышко начало закатываться за крыши домов, Константин Викторович отправил ребят по домам, наказав Лёхе предупредить Марину, что я сегодня не приду. Народ с явным сожалением на мордашках попрощался, а учитель спросил меня:

— Ты как? Поспишь немного?

Со двора уходить не хотелось — больно приятные флешбеки накатывали: точно так же мы иногда сидели всей семьей в прошлом мире, поэтому я покачал головой:

— Нормально, завтра утром отосплюсь.

Через десять минут на улице раздались шаги, и в калику постучали. Константин Викторович открыл, и перед нашими глазами предстал весело улыбающийся, здоровенный мужик в тельняшке, спортивных штанах и авоськой в руке — бутылка поблескивает. Верхняя часть шевелюры русая, но виски и корни волос седые. Немого напугали глаза: бледно голубые, словно глядящие сквозь собеседника. Почему-то я сразу понял, что с точно такой же улыбкой на роже, если будет нужда, он свернет мне шею и спокойно пойдет заниматься своими делами дальше.

Учитель с мужиком обнялись, похлопали друг друга по спинам, и хозяин дома представил гостя:

— Знакомьтесь, Тимофей. Пенсионер, пиромант, бывший КГБшник.

— Тимофей, экс-кей гей би, — перевел я. — Пиромансер.

Американцы посмурнели и на всякий случай сели так, чтобы иметь возможность прыгнуть на нового знакомого.

— Хав а ю, гайс? — неожиданно для меня продемонстрировал хороший инглиш Тимофей. — Рад, что в Липках появились такие достойные воины! — не дожидаясь ответа весело поведал мне. — Во житуха бурлит, а? Стоило на двадцать лет из родной деревни свалить, как тут такая каша заварилась! — гоготнув, уселся за стол, сунул в рот кусок шашлыка и спросил американцев на их языке. — Это пиво у вас? Угостишь? А у меня вот! — достал из авоськи бутылку без этикетки и поставил на стол. — Местный виски! — снова гоготнул. — Да вы не напрягайтесь, я в отставке. Фак это КГБ, устал — сил нет, на каждый пук по сто бумажек заполнять приходится, чуть геморрой не заработал.

Американцы гоготнули — любят у них шутки про задницу.

— Я вот что думаю, Кость, — начав разливать по оставшимся после ребят стаканам из-под газировки самогон, обратился на родном языке к учителю. — Дом у тебя не резиновый, а если прижмет и придется быстро уходить, тут не до барахла будет. Нужно перевалочную базу создавать.

— Гена то же самое предложил, — кивнул Константин Викторович, вернувшись за стол.

Американцы снова напряглись — долгие разговоры на чужом языке всегда слушать неприятно, а у них еще и положение шаткое.

— Ты им переведи, Андрей, — попросил Тимофей. — Тебе они больше доверяют.

— Отличная идея, — одобрил Билл.