Открывашка и пробой

Если через неделю и один день — для страховки — Сеннит не выйдет на связь, все решат, что ты врешь. Тогда, уж прости, разговаривать тебе придется с другими людьми и на других условиях.

— Понимаю, — заверил его я.

— Идем, — поднялся он на ноги.

Последний шанс откусить Гришиными жвалами голову КГБшнику и поселиться в тамбуре.

— Идем, — взял я его за руку.

— Там сейчас людно, но ты не переживай — это наши.

— Ага, — привычно согласился я. — Гриша будет со мной все время.

— Хорошо, — согласился он, и мы вышли на поляну.

Из-за работающего на малых оборотах припаркованного на поляне вертолета было ветрено. В лицо били установленные прожекторы. И действительно было людно — десятка два упакованных в броники и камуфляж вооруженных людей взяли нас на прицел. Тимофей махнул рукой, и они опустили оружие. Из-за спин солдат вышел человек в гражданском костюме, лицо которого мешали разглядеть прожектора.

— Хорошая работа, товарищ майор, — похвалил он КГБшника и подошел ближе.

Это покрытое морщинами лицо под седой шевелюрой мне отдаленно знакомо.

— Лебедь, Александр Иванович, — протянул он мне руку.

Вот оно что — не только Жириновский в этой реальности живой. Папа был бы рад — этого генерала он по неведомым для меня причинам очень уважал.

— Сульянов, Андрей Иванович, — пожал я, представившись настоящим именем.

— А он? — кивнул тот на муравья.

— Это Гриша. Жук-дипломат.

— Приглашаю тебя в гости, — кивнул губернатор на вертолет. — Поговорим.

— Поговорим, — конечно же согласился я.

Выбора по-прежнему нет, но надежда на возвращение домой сильна как никогда.

Оставив военных и на поляне, мы быстро — минут за десять — добрались до базы. По пути я успел рассказать губернатору то же, что и Тимофею — потребовалось надеть наушники с микрофоном, вертолет-то шумит. Сам КГБшник летел с нами, не забывая кивать на вопросительные взгляды Александра Ивановича — то же самое мол слышал. На базе было пустовато, но понять можно — все происходящее очень секретно. По приземлении Тимофей нас покинул — «отчет писать надо». На площадке мы переместились в тентованный «ЗиЛ» и доехали до здания с надписью «Столовая». Внутри нашелся десяток военных — расположились у стены — и накрытый стол, за который губернатор нас с Тимофеем и Гришей и пригласил. Пока мы садились, в столовую чуть ли не бегом влетел поблескивающий капельками пота на солидной плеши, одетый в толстые очки, высокий и тощий дед в белом халате и с чемоданом. Меня немного передернуло — на ученых я спокойно смотреть еще долго не смогу.

Муравей положил верхние лапки на стол, подцепил жвалами зажаренную целиком курицу и стащил ее на пол.

— Рудольф Васильевич Майер, экзобиолог, — представил нового знакомого губернатор.