Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет...

 — Если изменишь свое мнение и будешь готова идти на компромиссы, сама придешь ко мне.

Я прикусила губу и мысленно пообещала себе, что по собственной воле никогда не подойду к Ксиану. Он казался мне не менее опасным, чем Медичи.

== Выходя из аудитории, я настороженно оглянулась по сторонам. Было бы не очень хорошо, если бы Винченсо узнал, что я разговаривала с Яном в пустой аудитории, но, кажется, все обошлось. Как я ранее предположила, скорее всего, в самом здании хостела и в университете, за мной никто толком не следил. За мной тщательно наблюдали лишь, когда была вероятность моего побега из Милана.

Почти сразу я вернулась в хостел. Немного отдохнула, а потом поехала на подработку. Смена закончилась ближе к полуночи, но, зато, я хорошо подзаработала. Это было огромным плюсом, поскольку я все более тщательно продумывала свой побег из Милана, а для этого деньги были не лишними.

Вот только, выйдя из здания, в котором только что убирала, заметила знакомую машину и уже вскоре увидела человека, которому она принадлежала.

— Сестра умерла и ты решила самостоятельно попробовать поработать? — поинтересовался Батиста. Правда, исходя из его безразличного выражения лица, поняла, что ответ на этот вопрос парня не волновал. Его вообще ничего и никогда не волновало.

— Теперь ты следишь за мной? — я рукой сжала сумку. Ответ на собственный вопрос меня тоже мало волновал. Я лишь тянула время и пыталась отвлечь Батисту разговором, надеясь, что он приехал не по той причине, которую я сразу же предположила. Но, нет, моим надеждам было не суждено сбыться.

— Садись в машину. Винченсо тебя ждет, — сказал парень. Он проигнорировал мой вопрос и сухо кивнул в сторону своего автомобиля.

— Я никуда не поеду, — отрицательно покачала головой. Пытаясь подрожать Фелисе, я опустила взгляд и стала говорить тише. К данному времени я уже приноровилась и делала это рефлекторно. — Мне очень плохо. Я заболела и температура поднялась.

— Сядь в машину, — сухо ответил Батиста.

— Я сейчас потеряю сознание. Мне так плохо, — я начала махать ладонью перед лицом, делая вид, что мне душно. Для большей правдоподобности, я даже присела на ступеньки и начала часто дышать.

— Ох. Пожалуйста, вызови скорую. У меня перед глазами темнеет, — я призвала все свои актерские способности и изобразила ухудшение состояния.

Я не смотрела на Батисту, но услышала, как он медленно подошел к ступенькам и уже вскоре его тень упала на меня.

— Ты думаешь, в это хоть кто-то поверит? — как всегда, в голосе парня ни одной эмоции. Лишь холод и безразличие.

— Мне, действительно, плохо, — я еще ниже опустила голову, стараясь сделать так, чтобы мой голос дрогнул.

Батиста ничего не ответил.